---> библиотека замка, два дня спустя. Зима, начало декабря прошлого года.
Два дня Лианель почти не выходила из своей комнаты. Стол превратился в поле маленькой битвы: раскрытый дневник в тёмно-синем переплёте соседствовал с календарём-атласом, а между ними лежали исписанные вдоль и поперёк листы, где столбики дат перечёркивались, сверялись и переписывались заново. Она сопоставляла записи Велмара со своими выписками и с картой мест силы, пока разрозненные наблюдения не начали складываться в узор, от которого делалось не по себе.
Сто лет. Ровно сто лет от его последних записей до наших дней. Это не может быть совпадением.
К утру третьего дня сомнений почти не осталось. То, что они с Изой и Реми нашли, давно переросло студенческое любопытство. Речь шла не об одной аномалии над озером и не о красивых облаках, которые так славно зарисовывать в блокнот на память. Речь шла о цикле, о сближении миров, которое, судя по всему, уже началось, и о том, что в этот раз оно задевало даже тех, кто магии не касался вовсе.
Такое нельзя было держать при себе. И нести это следовало не к однокурсникам.
Профессор Листен. Больше не к кому. Она ведёт травологию, она ближе прочих к магии природы, и если кто во всём замке и способен принять это всерьёз, то именно она.
Ещё с вечера Лианель сложила самое важное в сумку с расширенным пространством: дневник Велмара, календарь-атлас с картой мест силы, свои выписки и отдельный лист, где она свела воедино даты и места наблюдений. Родовой амулет матери привычно грел кожу под воротником, и девушка поймала себя на том, что то и дело касается его пальцами, как делала всегда, когда волновалась.
Зимнее утро встретило её тишиной пустых коридоров. Каникулы почти опустошили замок, шаги отдавались гулко, а сквозь высокие стрельчатые окна лился ровный белый свет: за стеклом всё сыпал и сыпал мелкий снег, укрывая двор нетронутым покровом. Лунтелена бесшумно скользнула следом и устроилась на плече, чуть нахохлившись, будто и она понимала, что дело нынче нешуточное.
Путь к ректорскому кабинету Лианель знала. Поднявшись по широкой лестнице и миновав галерею, она остановилась перед тяжёлой дверью тёмного дерева. Изнутри едва уловимо тянуло травами: сушёной мятой, чем-то смолистым, тёплым и живым, и от этого запаха, такого знакомого по отцовской лавке и по материнским сборам, на душе сделалось чуть спокойнее.
Соберись. Ты пришла не за отметкой и не с домашним заданием.
Она перевела дыхание, поправила сумку на плече и негромко, но твёрдо постучала. Помедлив мгновение, позвала через дверь:
- Профессор Листен, это Лианель Саэрин, с пятого курса. Простите за беспокойство. Мне очень нужно с вами поговорить, и, боюсь, разговор не терпит отлагательств. Дело касается аномалий... и того, что мы, кажется, нашли о сближении миров.
Пальцы сами собой сжались на ремне сумки, где ждал своего часа дневник столетней давности.
Прежде чем сомкнутся миры
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Аномалии аномалиями, а учебный процесс никто не отменял, поэтому Метелоне кроме своих предметов - травологии и зельеварения приходилось заниматься и текущими ректорскими обязанностями. И вот, когда все домашние работы за прошедший семестр были проверены, баллы выставлены и итоги подведены, а расписание на следующий семестр согласована самое время было немного отдохнуть с чашечкой зелёного чая. Ага, как же, стоило только напитку настояться, а домовому принести из столовой свежих булочек, как в дверь кабинета постучали.
Может дверью ошиблись, сейчас усовестятся и уйдут. Малодушно подумала госпожа ректор, не торопясь откликаться. Но пришедший не ушёл, наоборот из-за двери послышался голос и то, что сказала пришедшая студентка действительно стоило выслушать.
- Входи, не стой за дверью, - вполне благожелательно откликнулась Метелона. Лианель была девушкой взрослой, почти выпускницей, разумной, от неё можно было не прятать перекус, а пригласить к чаепитию, прежде чем разговаривать о важных вещах.
- Заходи, присаживайся, - кивнула на стул для посетителей и достала из шкафчика вторую чашку, - чай будешь? С булочкой и хвойным вареньем из сосновых шишек, вкусное. Ну, на вкус Метелоны очень даже вкусное, здесь в замке такое не многие любили, но Лианель эльфийских кровей, может ей придётся по вкусу сибирская экзотика с родины Метелоны.
- Угощайся, а потом обсудим, что вы там нарыли, сверим данные, мне тоже недавно пришла кое-какая информация. И кто эти "мы", точнее вы? Может стоит пригласить твоих товарищей по изысканиям?
Может дверью ошиблись, сейчас усовестятся и уйдут. Малодушно подумала госпожа ректор, не торопясь откликаться. Но пришедший не ушёл, наоборот из-за двери послышался голос и то, что сказала пришедшая студентка действительно стоило выслушать.
- Входи, не стой за дверью, - вполне благожелательно откликнулась Метелона. Лианель была девушкой взрослой, почти выпускницей, разумной, от неё можно было не прятать перекус, а пригласить к чаепитию, прежде чем разговаривать о важных вещах.
- Заходи, присаживайся, - кивнула на стул для посетителей и достала из шкафчика вторую чашку, - чай будешь? С булочкой и хвойным вареньем из сосновых шишек, вкусное. Ну, на вкус Метелоны очень даже вкусное, здесь в замке такое не многие любили, но Лианель эльфийских кровей, может ей придётся по вкусу сибирская экзотика с родины Метелоны.
- Угощайся, а потом обсудим, что вы там нарыли, сверим данные, мне тоже недавно пришла кое-какая информация. И кто эти "мы", точнее вы? Может стоит пригласить твоих товарищей по изысканиям?
Re: Прежде чем сомкнутся миры
---> ректорский кабинет
На приглашение войти Лианель отозвалась с заметным облегчением. Она осторожно приоткрыла тяжёлую дверь и переступила порог, и запах трав, что едва угадывался в коридоре, здесь окутал её целиком: сушёные пучки под потолком, ряды склянок и баночек на полках, тёплый дух чего-то смолистого и живого. После гулкой пустоты зимних коридоров кабинет показался маленьким островком уюта.
Как у мамы в сушильне. И немного как в отцовской лавке. От этой мысли плечи сами собой чуть расслабились.
- Доброе утро, профессор. Спасибо, что приняли, - проговорила она, притворяя за собой дверь. Лунтелена деликатно перебралась с плеча повыше и устроилась на резной спинке гостевого стула, чтобы не мешать.
Приглашение к чаю застало Лианель немного врасплох, и она благодарно улыбнулась, опускаясь на предложенное место и ставя сумку у ног.
- Буду, спасибо. И от булочки не откажусь.
Взгляд её задержался на баночке варенья, и в зелёных глазах вспыхнуло искреннее любопытство травницы.
- Из сосновых шишек? Никогда такого не пробовала. У нас в горах из хвои варят целебные отвары, а вот варенье... Его ведь, наверное, собирают совсем молодыми, пока шишки ещё мягкие?
Она приняла чашку бережно, вдохнула хвойно-сладкий пар и попробовала. Смолистая горчинка, спрятанная под сладостью, оказалась именно такой, какую эльфийская половина её крови встречала как что-то давно знакомое, лесное, почти родное.
- Вкусно, - сказала она уже безо всякой вежливой обязательности, и это было правдой. - Кажется, я понимаю вас лучше многих в замке.
Но за чаем и разговором о варенье никуда не делось то, ради чего она пришла. Услышав вопрос ректора, Лианель на мгновение отставила чашку и посмотрела на профессора прямо.
- "Мы" — это я, Ильмиза Пекле и Реми Фист. Начинали мы с Изой: вместе наблюдали те облака над озером, вместе нашли в Виархолле дневник наблюдателя и книги. Позже к нам присоединилась Реми и добавила кое-что важное от себя.
Лианель чуть замялась, подбирая слова, и пальцы её на секунду коснулись амулета.
- Только собрать нас сейчас всех вместе непросто. Иза уже пишет дипломную, у неё своих забот полон рот, а Реми... честно говоря, я её давно не видела в замке. Поэтому решила не тянуть и не ждать, пока все освободятся, а принести то, что у нас накопилось, прямо вам. Дело показалось мне слишком важным, чтобы откладывать.
Она наклонилась к сумке и положила ладонь на её край, но доставать пока ничего не стала: сперва хотелось услышать профессора.
Ей тоже что-то пришло. Что именно?
- Вы сказали, что вам недавно тоже пришли какие-то сведения. Если можно, я бы хотела сначала услышать их. Вдруг это ляжет в одну картину с тем, что нашли мы. А потом покажу вам дневник и свои выписки, я всё принесла с собой.
Она умолкла в ожидании, и в наступившей тишине было слышно, как тихонько шуршит снег за окном.
На приглашение войти Лианель отозвалась с заметным облегчением. Она осторожно приоткрыла тяжёлую дверь и переступила порог, и запах трав, что едва угадывался в коридоре, здесь окутал её целиком: сушёные пучки под потолком, ряды склянок и баночек на полках, тёплый дух чего-то смолистого и живого. После гулкой пустоты зимних коридоров кабинет показался маленьким островком уюта.
Как у мамы в сушильне. И немного как в отцовской лавке. От этой мысли плечи сами собой чуть расслабились.
- Доброе утро, профессор. Спасибо, что приняли, - проговорила она, притворяя за собой дверь. Лунтелена деликатно перебралась с плеча повыше и устроилась на резной спинке гостевого стула, чтобы не мешать.
Приглашение к чаю застало Лианель немного врасплох, и она благодарно улыбнулась, опускаясь на предложенное место и ставя сумку у ног.
- Буду, спасибо. И от булочки не откажусь.
Взгляд её задержался на баночке варенья, и в зелёных глазах вспыхнуло искреннее любопытство травницы.
- Из сосновых шишек? Никогда такого не пробовала. У нас в горах из хвои варят целебные отвары, а вот варенье... Его ведь, наверное, собирают совсем молодыми, пока шишки ещё мягкие?
Она приняла чашку бережно, вдохнула хвойно-сладкий пар и попробовала. Смолистая горчинка, спрятанная под сладостью, оказалась именно такой, какую эльфийская половина её крови встречала как что-то давно знакомое, лесное, почти родное.
- Вкусно, - сказала она уже безо всякой вежливой обязательности, и это было правдой. - Кажется, я понимаю вас лучше многих в замке.
Но за чаем и разговором о варенье никуда не делось то, ради чего она пришла. Услышав вопрос ректора, Лианель на мгновение отставила чашку и посмотрела на профессора прямо.
- "Мы" — это я, Ильмиза Пекле и Реми Фист. Начинали мы с Изой: вместе наблюдали те облака над озером, вместе нашли в Виархолле дневник наблюдателя и книги. Позже к нам присоединилась Реми и добавила кое-что важное от себя.
Лианель чуть замялась, подбирая слова, и пальцы её на секунду коснулись амулета.
- Только собрать нас сейчас всех вместе непросто. Иза уже пишет дипломную, у неё своих забот полон рот, а Реми... честно говоря, я её давно не видела в замке. Поэтому решила не тянуть и не ждать, пока все освободятся, а принести то, что у нас накопилось, прямо вам. Дело показалось мне слишком важным, чтобы откладывать.
Она наклонилась к сумке и положила ладонь на её край, но доставать пока ничего не стала: сперва хотелось услышать профессора.
Ей тоже что-то пришло. Что именно?
- Вы сказали, что вам недавно тоже пришли какие-то сведения. Если можно, я бы хотела сначала услышать их. Вдруг это ляжет в одну картину с тем, что нашли мы. А потом покажу вам дневник и свои выписки, я всё принесла с собой.
Она умолкла в ожидании, и в наступившей тишине было слышно, как тихонько шуршит снег за окном.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
От угощения Лианель не отказалась и она не была бы самой собой, если бы тут же не заинтересовалась шишечным вареньем.
- Да, шишки собирают совсем молодыми, размером... чуть больше фаланги пальца примерно, у меня на родине в начале июня, здесь чуть раньше в начале мая. А дальше всё почти как с обычным вареньем - шишки помыть, засыпать сахаром, добавить воды и варить, чтобы получился сироп с шишечками.
Рассказывая, Метелона перелила немного варенья с несколькими шишками в небольшую вазочку на съедение, а банку убрала обратно в шкаф. На слова студентки только кивнула, действительно, в Магисмо её лучше всего понимали маги, связанные с природой и имеющие эльфийских предков - Тесия, которая была на четверть эльф, Лианель, у которой мама эльфийка. Следующие несколько минут волшебницы посвятили чаепитию со свежими булочками и ароматным вареньем с сосновыми шишками. И пусть весь мир подождёт, как говорится в одной земной рекламе. Однако заставлять мир ждать слишком долго чревато да и Лианель пришла не ради чаепития, девушке явно не терпелось поделиться своими изысканиями.
- Понятно, Ильмиза сейчас в отъезде, а Реми последние пару дней точно была в замке. Пошлю ей вестника, если она поблизости, то получит записку, если нет, то поговорю с ней позже.
Как преподаватель с опытом и ректор университета, Метелона предпочитала выслушать всех участников исследовательской деятельности и получить сведения из первых рук. Тем более, что Реми не так давно вернулась с Земли и, возможно, замечала что-то необычное там.
- Дневник наблюдателя говоришь? А что за наблюдатель, автор этого дневника известен?
На просьбу услышать полученные сведения, мысленно хмыкнула, если следовать субординации, то именно Лианель следовало первой делиться сведениями и как раз ради этого она и пришла в этот кабинет. Однако вслух комментировать просьбу не стала, только отставила в сторону чашку с чаем, машинально проведя пальцем по ободку. У волшебницы на этот жест было подвешено простенькое заклинание непроливайки - очень удобно, если имеешь привычку пить чай на рабочем месте и не хочешь залить напитком важные документы.
На освободившееся место легла подшивка листов, на первый взгляд старинных - желтоватых, потрескавшихся по краям с устаревшим шрифтом и рукописными заметками, но при ближайшем рассмотрении целые и новые, явно свежая копия более старых текстов.
- Кроме прочего, мне недавно передали подшивку очень интересного исследования некоего Янга Эйшвелла, в своей работе он ссылается на наблюдения Тангуса Вельмара и более ранние исследования, - Метелона, пролистнула пару страниц подшивки, сверяясь с текстом, - Стеллы Дронт-Тайр и Феликса Милдера. Тебе говорят что-нибудь эти имена? Если верить Эйшвеллу, получается, что подобные аномалии наблюдались около ста и двухсот лет назад на протяжении примерно пяти лет.
Придвинув подшивку чуть ближе к Лианель, чтобы та сама могла посмотреть, Метелона по её реакции поняла, что что-то знакомое студентка услышала. Осталось узнать что именно и насколько сходятся изыскания студенток с предоставленной Метелоне информацией.
- Да, шишки собирают совсем молодыми, размером... чуть больше фаланги пальца примерно, у меня на родине в начале июня, здесь чуть раньше в начале мая. А дальше всё почти как с обычным вареньем - шишки помыть, засыпать сахаром, добавить воды и варить, чтобы получился сироп с шишечками.
Рассказывая, Метелона перелила немного варенья с несколькими шишками в небольшую вазочку на съедение, а банку убрала обратно в шкаф. На слова студентки только кивнула, действительно, в Магисмо её лучше всего понимали маги, связанные с природой и имеющие эльфийских предков - Тесия, которая была на четверть эльф, Лианель, у которой мама эльфийка. Следующие несколько минут волшебницы посвятили чаепитию со свежими булочками и ароматным вареньем с сосновыми шишками. И пусть весь мир подождёт, как говорится в одной земной рекламе. Однако заставлять мир ждать слишком долго чревато да и Лианель пришла не ради чаепития, девушке явно не терпелось поделиться своими изысканиями.
- Понятно, Ильмиза сейчас в отъезде, а Реми последние пару дней точно была в замке. Пошлю ей вестника, если она поблизости, то получит записку, если нет, то поговорю с ней позже.
Как преподаватель с опытом и ректор университета, Метелона предпочитала выслушать всех участников исследовательской деятельности и получить сведения из первых рук. Тем более, что Реми не так давно вернулась с Земли и, возможно, замечала что-то необычное там.
- Дневник наблюдателя говоришь? А что за наблюдатель, автор этого дневника известен?
На просьбу услышать полученные сведения, мысленно хмыкнула, если следовать субординации, то именно Лианель следовало первой делиться сведениями и как раз ради этого она и пришла в этот кабинет. Однако вслух комментировать просьбу не стала, только отставила в сторону чашку с чаем, машинально проведя пальцем по ободку. У волшебницы на этот жест было подвешено простенькое заклинание непроливайки - очень удобно, если имеешь привычку пить чай на рабочем месте и не хочешь залить напитком важные документы.
На освободившееся место легла подшивка листов, на первый взгляд старинных - желтоватых, потрескавшихся по краям с устаревшим шрифтом и рукописными заметками, но при ближайшем рассмотрении целые и новые, явно свежая копия более старых текстов.
- Кроме прочего, мне недавно передали подшивку очень интересного исследования некоего Янга Эйшвелла, в своей работе он ссылается на наблюдения Тангуса Вельмара и более ранние исследования, - Метелона, пролистнула пару страниц подшивки, сверяясь с текстом, - Стеллы Дронт-Тайр и Феликса Милдера. Тебе говорят что-нибудь эти имена? Если верить Эйшвеллу, получается, что подобные аномалии наблюдались около ста и двухсот лет назад на протяжении примерно пяти лет.
Придвинув подшивку чуть ближе к Лианель, чтобы та сама могла посмотреть, Метелона по её реакции поняла, что что-то знакомое студентка услышала. Осталось узнать что именно и насколько сходятся изыскания студенток с предоставленной Метелоне информацией.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Имя ударило её так, что Лианель едва не поставила чашку мимо блюдца.
- Тангус Вельмар, - повторила она негромко, будто пробуя звучание на слух. - Профессор, у нас его дневник. Тот самый. На форзаце стояли только инициалы, «Т. Вельмар», и мы не знали, как расшифровать первое имя. А теперь знаем.
Она уже тянулась к сумке. Пальцы чуть подрагивали, и это была не робость: так дрожат руки, когда две половинки давно разорванной карты вдруг оказываются на одном столе.
Значит, кто-то читал его. Кто-то шёл этим же путём и до нас, и после него.
На стол рядом с подшивкой легла тетрадь в тёмно-синем переплёте, потёртая по углам, с выцветшими чернилами. Лианель раскрыла её бережно, как раскрывают что-то живое, и развернула к Метелоне.
- Мы купили его в Виархолле, в книжной лавке на окраине, вместе с Изой. Полевые записи, 3423 год, чуть больше ста лет назад. Восточные предгорья Вирея. Он писал не только что видел, но и что чувствовал: светящиеся облака над хребтом, скачки магического фона, звук, похожий на хрустальный перезвон вместе с гулом ветра в ущельях. Амулет обнаружения магии у него раскалился так, что пришлось снять с шеи.
Она перелистнула несколько страниц и остановилась на нужном месте.
- И вот здесь про древние камни у подножия. Защитные руны загорелись сами, хотя их не активировали несколько поколений. Старейшины ему сказали, что такое бывало и раньше, в эпоху Великого Сближения, но те времена, дескать, давно прошли и повторения никто не ждёт.
Следом на стол легли её собственные листы: аккуратные столбики дат и мест наблюдений, выписанные из дневника и сведённые с календарём-атласом, где на схематичной карте хребта были отмечены места силы. Рядом Лианель положила блокнот с зарисовками узоров магических потоков, тех, что видела над озером и потом в библиотеке.
- Простите, что начала с расспросов, а не с этого, - добавила она, чуть смутившись. - Просто боялась подогнать свои выводы под ваши, если услышу их после. Хотела сперва понять, сходится ли оно само по себе.
Пальцы сами нашли под воротником родовой амулет. Он был ощутимо теплее обычного, как последние недели, и Лианель поймала себя на том, что перестала считать это случайностью.
- Но там есть кое-что, чего я никак не ожидала. Пять лет. - Она подняла взгляд от подшивки. - Я всё это время думала о Сближении как о событии. Вспышка, всплеск, потом всё утихло. А если аномалии тянулись по пять лет, то это не событие, а период. Мы, получается, не ждём его, мы в нём уже находимся. И если по прошлым разам считать от первых знаков, то мы в самом начале.
Она помолчала, глядя на пожелтевшие копии страниц, и добавила тише:
- Есть ещё одно, и мне это нравится меньше всего. Реми рассказывала про изменение цвета портала и странные колебания при переходе. И про то, что свечение задевало обычных людей, тех, кто магией не владеет вовсе. У Вельмара про немагов ни слова, зато про нестабильность переходов есть. Профессор, а у Эйшвелла или у тех двоих, что до Вельмара, встречается что-нибудь про воздействие на людей без дара? Если нет, то нынешний виток идёт сильнее прошлых, и это уже совсем другой разговор.
Лианель придвинула к ректору карту из атласа. На северо-востоке Вирейских гор, недалеко от перевала, стоял значок в виде дерева в круге.
- И последнее, пока мы не разошлись. Мы с Изой думали, что записи о прошлом цикле могли сохраниться у друидов, вот здесь, в горном храме. Наблюдения Вельмара велись как раз в тех предгорьях. Я не собиралась срываться туда самовольно, потому и пришла к вам: без вашего слова и без сопровождения такая дорога зимой ничем хорошим не кончится. Но если у Эйшвелла есть точные даты, их стоило бы сверить с тем, что помнят там. Друиды считают время по-своему, и порой их память длиннее наших книг.
Лунтелена на спинке стула тихонько щёлкнула клювом. За окном всё сыпал снег, ровно и безучастно, будто ему не было никакого дела до того, что миры уже начали сходиться.
- Тангус Вельмар, - повторила она негромко, будто пробуя звучание на слух. - Профессор, у нас его дневник. Тот самый. На форзаце стояли только инициалы, «Т. Вельмар», и мы не знали, как расшифровать первое имя. А теперь знаем.
Она уже тянулась к сумке. Пальцы чуть подрагивали, и это была не робость: так дрожат руки, когда две половинки давно разорванной карты вдруг оказываются на одном столе.
Значит, кто-то читал его. Кто-то шёл этим же путём и до нас, и после него.
На стол рядом с подшивкой легла тетрадь в тёмно-синем переплёте, потёртая по углам, с выцветшими чернилами. Лианель раскрыла её бережно, как раскрывают что-то живое, и развернула к Метелоне.
- Мы купили его в Виархолле, в книжной лавке на окраине, вместе с Изой. Полевые записи, 3423 год, чуть больше ста лет назад. Восточные предгорья Вирея. Он писал не только что видел, но и что чувствовал: светящиеся облака над хребтом, скачки магического фона, звук, похожий на хрустальный перезвон вместе с гулом ветра в ущельях. Амулет обнаружения магии у него раскалился так, что пришлось снять с шеи.
Она перелистнула несколько страниц и остановилась на нужном месте.
- И вот здесь про древние камни у подножия. Защитные руны загорелись сами, хотя их не активировали несколько поколений. Старейшины ему сказали, что такое бывало и раньше, в эпоху Великого Сближения, но те времена, дескать, давно прошли и повторения никто не ждёт.
Следом на стол легли её собственные листы: аккуратные столбики дат и мест наблюдений, выписанные из дневника и сведённые с календарём-атласом, где на схематичной карте хребта были отмечены места силы. Рядом Лианель положила блокнот с зарисовками узоров магических потоков, тех, что видела над озером и потом в библиотеке.
- Простите, что начала с расспросов, а не с этого, - добавила она, чуть смутившись. - Просто боялась подогнать свои выводы под ваши, если услышу их после. Хотела сперва понять, сходится ли оно само по себе.
Пальцы сами нашли под воротником родовой амулет. Он был ощутимо теплее обычного, как последние недели, и Лианель поймала себя на том, что перестала считать это случайностью.
- Но там есть кое-что, чего я никак не ожидала. Пять лет. - Она подняла взгляд от подшивки. - Я всё это время думала о Сближении как о событии. Вспышка, всплеск, потом всё утихло. А если аномалии тянулись по пять лет, то это не событие, а период. Мы, получается, не ждём его, мы в нём уже находимся. И если по прошлым разам считать от первых знаков, то мы в самом начале.
Она помолчала, глядя на пожелтевшие копии страниц, и добавила тише:
- Есть ещё одно, и мне это нравится меньше всего. Реми рассказывала про изменение цвета портала и странные колебания при переходе. И про то, что свечение задевало обычных людей, тех, кто магией не владеет вовсе. У Вельмара про немагов ни слова, зато про нестабильность переходов есть. Профессор, а у Эйшвелла или у тех двоих, что до Вельмара, встречается что-нибудь про воздействие на людей без дара? Если нет, то нынешний виток идёт сильнее прошлых, и это уже совсем другой разговор.
Лианель придвинула к ректору карту из атласа. На северо-востоке Вирейских гор, недалеко от перевала, стоял значок в виде дерева в круге.
- И последнее, пока мы не разошлись. Мы с Изой думали, что записи о прошлом цикле могли сохраниться у друидов, вот здесь, в горном храме. Наблюдения Вельмара велись как раз в тех предгорьях. Я не собиралась срываться туда самовольно, потому и пришла к вам: без вашего слова и без сопровождения такая дорога зимой ничем хорошим не кончится. Но если у Эйшвелла есть точные даты, их стоило бы сверить с тем, что помнят там. Друиды считают время по-своему, и порой их память длиннее наших книг.
Лунтелена на спинке стула тихонько щёлкнула клювом. За окном всё сыпал снег, ровно и безучастно, будто ему не было никакого дела до того, что миры уже начали сходиться.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Вельмар, надо же какой раритет попал в руки студенток, Метелона даже удивилась, когда увидела на своём столе подлинный дневник, а не копию. Действительно ценная вещь. Лианель осторожно открыла потёртую тетрадь и стала рассказывать самое основное - наблюдения, выводы Вельмара, сходство событий вековой давности и недавними явлениями, тут были и её собственные таблицы и схемы, сделанные на основе дневника и других книг.
- Вы проделали немалую работу. Это уже тянет на небольшое исследование на основе старинных источников и собственных наблюдений, а вы ведь не собираетесь останавливаться в своих поисках? - Метелона внимательно взглянула на Лианель, следя за её реакцией. Ага, как же, откажутся юные маги от изучения такого потрясающего явления. Ректор пробежала глазами открытую страницу на которую указывала Лианель, да, этот Вельмар провёл немало времени изучая аномалии прошлого века, даже до друидов добрался. Причём его не отослали прочь, вежливо выслушав, а судя по всему некоторое время весьма плодотворно общались и даже поделились собственными наблюдениями и наработками в этом направлении. С одной стороны вести наблюдения и никому их не показывать - дело по сути неразумное, с другой - друиды народ довольно скрытный и далеко не с каждым вообще будут общаться, не то что передавать какие-то материалы исследований.
Сейчас Метелоне следовало решить что делать дальше. Студенты от своего не отступятся - это понятно, теоретически можно им запретить, практически не факт, что послушаются, а если и послушаются... ну обидно это как-то столько всего сделали, книги нашли, прочитали, сопоставили разные источники. вон сколько табличек Лианель нарисовала и ведь со знанием дела, не абы как, выводы у неё получались весьма грамотные. И вот так взять, всё у них забрать, сказать, чтобы не лезли куда не следует, точно обидятся, даже если согласятся для вида с решением руководства. Она сама на месте студентов бы обиделась бы и всё равно продолжила исследования, только уже тайно.
Оно мне надо такое под боком? Оно мне совершенно не надо. А раз нельзя запретить, придётся возглавить.
Метелона более внимательно просмотрела Листы с личными записями Лианель, всё больше проникаясь уважением к девушке - действительно серьёзная работа проделана.
- Эпоха Великого Сближения - это вероятно сближение с Землёй, что было давно и повлекло некоторые катаклизмы, - принялась вслух рассуждать Метелона, одновременно собирая воедино и структурирую для себя и Лианель собранную информацию. - И сто лет назад, когда Вельмар вёл свои наблюдения. То, что руны загорались раньше, два века назад и за сто лет до наблюдений Вельмара данных нет. Значит или не загорались или ему об этом не сказали. Если первое, то предыдущий виток аномалий был слабее и не активировал рунные символы, в прошлом веке аномалии были сильнее, нынешний цикл судя по всему ещё сильнее. Если считать период в пять лет то да, сейчас если не начало, то первая половина точно. Самые первые проявления магических всплесков зафиксированы примерно полтора года назад.
Конкретно про воздействие на немагов ничего не могу сказать, я ещё не всю подшивку внимательно прочитала. Порталами пусть Стражи пространства и министерство магии занимаются - это их дело, туда даже соваться не будем. С друидами придётся пообщаться, в общем-то с Магисмо у них довольно доброжелательные отношения, но это чуть позже, а вот Реми письмо отправлю сейчас, хотелось бы услышать кое-что из первых уст.
Короткое послание с просьбой заглянуть к ней в кабинет Метелона написала словно бы между делом, пока разговаривала с Лианель и собиралась сложить из листка самолётик, отправив его по территории замка, но если в замке Реми нет, то такой примитивный посланник её не найдёт. Сова будет надёжнее.
- Совейг! - Позвала преподавательница подойдя к окну. Спустя минута сквозь снегопад прорисовался силуэт сипухи, которая скользнула в приоткрытую форточку и вопросительно уставилась на Метелону.
- Отнеси Реми Фист, срочно, - велела волшебница, вручая сове записку - и потом вернёшься сюда, надо будет ещё в горы к друидам слетать.
Сложно было сказать насколько сова понимала человеческую речь, но щёлкнула клювом явно не очень довольно.
- Очень надо, так что не возмущайся, угощу тебя потом вкусной мышкой. Но сначала к Реми.
- Можешь оставить мне дневник Вельмара на пару дней, чтобы сделать копию для магисмовской библиотеки? - Обратилась Метелона к Лианель, закрыв за совой форточку и вернувшись за стол.
- Вы проделали немалую работу. Это уже тянет на небольшое исследование на основе старинных источников и собственных наблюдений, а вы ведь не собираетесь останавливаться в своих поисках? - Метелона внимательно взглянула на Лианель, следя за её реакцией. Ага, как же, откажутся юные маги от изучения такого потрясающего явления. Ректор пробежала глазами открытую страницу на которую указывала Лианель, да, этот Вельмар провёл немало времени изучая аномалии прошлого века, даже до друидов добрался. Причём его не отослали прочь, вежливо выслушав, а судя по всему некоторое время весьма плодотворно общались и даже поделились собственными наблюдениями и наработками в этом направлении. С одной стороны вести наблюдения и никому их не показывать - дело по сути неразумное, с другой - друиды народ довольно скрытный и далеко не с каждым вообще будут общаться, не то что передавать какие-то материалы исследований.
Сейчас Метелоне следовало решить что делать дальше. Студенты от своего не отступятся - это понятно, теоретически можно им запретить, практически не факт, что послушаются, а если и послушаются... ну обидно это как-то столько всего сделали, книги нашли, прочитали, сопоставили разные источники. вон сколько табличек Лианель нарисовала и ведь со знанием дела, не абы как, выводы у неё получались весьма грамотные. И вот так взять, всё у них забрать, сказать, чтобы не лезли куда не следует, точно обидятся, даже если согласятся для вида с решением руководства. Она сама на месте студентов бы обиделась бы и всё равно продолжила исследования, только уже тайно.
Оно мне надо такое под боком? Оно мне совершенно не надо. А раз нельзя запретить, придётся возглавить.
Метелона более внимательно просмотрела Листы с личными записями Лианель, всё больше проникаясь уважением к девушке - действительно серьёзная работа проделана.
- Эпоха Великого Сближения - это вероятно сближение с Землёй, что было давно и повлекло некоторые катаклизмы, - принялась вслух рассуждать Метелона, одновременно собирая воедино и структурирую для себя и Лианель собранную информацию. - И сто лет назад, когда Вельмар вёл свои наблюдения. То, что руны загорались раньше, два века назад и за сто лет до наблюдений Вельмара данных нет. Значит или не загорались или ему об этом не сказали. Если первое, то предыдущий виток аномалий был слабее и не активировал рунные символы, в прошлом веке аномалии были сильнее, нынешний цикл судя по всему ещё сильнее. Если считать период в пять лет то да, сейчас если не начало, то первая половина точно. Самые первые проявления магических всплесков зафиксированы примерно полтора года назад.
Конкретно про воздействие на немагов ничего не могу сказать, я ещё не всю подшивку внимательно прочитала. Порталами пусть Стражи пространства и министерство магии занимаются - это их дело, туда даже соваться не будем. С друидами придётся пообщаться, в общем-то с Магисмо у них довольно доброжелательные отношения, но это чуть позже, а вот Реми письмо отправлю сейчас, хотелось бы услышать кое-что из первых уст.
Короткое послание с просьбой заглянуть к ней в кабинет Метелона написала словно бы между делом, пока разговаривала с Лианель и собиралась сложить из листка самолётик, отправив его по территории замка, но если в замке Реми нет, то такой примитивный посланник её не найдёт. Сова будет надёжнее.
- Совейг! - Позвала преподавательница подойдя к окну. Спустя минута сквозь снегопад прорисовался силуэт сипухи, которая скользнула в приоткрытую форточку и вопросительно уставилась на Метелону.
- Отнеси Реми Фист, срочно, - велела волшебница, вручая сове записку - и потом вернёшься сюда, надо будет ещё в горы к друидам слетать.
Сложно было сказать насколько сова понимала человеческую речь, но щёлкнула клювом явно не очень довольно.
- Очень надо, так что не возмущайся, угощу тебя потом вкусной мышкой. Но сначала к Реми.
- Можешь оставить мне дневник Вельмара на пару дней, чтобы сделать копию для магисмовской библиотеки? - Обратилась Метелона к Лианель, закрыв за совой форточку и вернувшись за стол.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
На вопрос, собираются ли они останавливаться, Лианель ответила не сразу. Хотелось сказать что-нибудь уклончивое и правильное, вроде «как скажете, профессор», но врать ректору было и глупо, и стыдно.
- Не собираемся, - сказала она честно, глядя прямо. - Простите. Я понимаю, как это звучит: пятый курс лезет туда, где работали настоящие исследователи. Но я не могу отложить это до диплома и не могу делать вид, что ничего не заметила. Оно происходит сейчас.
Пока Метелона рассуждала вслух, Лианель слушала жадно, и перо само собой оказалось в руке: она принялась быстро записывать за ректором, ловя ту стройность, которой ей самой не хватало. Полтора года. Значит, отсчёт надо вести не от облаков над озером, а гораздо раньше.
- Про руны я об этом не подумала, - призналась она, дописывая строку. - Мне казалось, если о чём-то не написано, то данных просто нет. А ведь молчание источника - тоже данные. Если два века назад руны не отзывались, а сто лет назад загорелись, и если нынешний виток сильнее прошлого, то это не просто повторение цикла. Это нарастание.
Каждый раз сильнее предыдущего. Тогда что будет через сто лет после нас?
Она отогнала эту мысль, слишком большую для одного зимнего утра, и потянулась к дневнику. Отыскала нужное место ближе к концу, где почерк Вельмара делался мельче и торопливее.
- Раз уж речь зашла о друидах. Вельмар до них дошёл, и его не выпроводили за порог. Судя по записям, он пробыл там довольно долго и они с ним чем-то делились. Для меня это самое удивительное во всём дневнике: друиды ведь не разговаривают с кем попало. Значит, он им чем-то приглянулся, и, может быть, у них до сих пор лежит то, что он оставил взамен.
Скрип форточки и снег, ворвавшийся в кабинет вместе с сипухой, заставили Лианель обернуться. Лунтелена на спинке стула вытянулась в струнку, разглядывая нежданную гостью с настороженным интересом, и Лианель успокаивающе провела пальцем по её груди. Про мышку и недовольное щёлканье клювом она услышала и не сдержала улыбки: сама она с Лунтеленой торговалась примерно так же.
А вот брошенное между делом «потом надо будет ещё в горы к друидам слетать» отозвалось внутри толчком.
Ответ на просьбу про дневник она дала почти сразу, хотя рука невольно легла на тёмно-синий переплёт.
- Конечно, оставляйте. Копия в библиотеке Магисмо - это правильнее, чем если он и дальше будет лежать в студенческой сумке. Мы с Изой купили его случайно, в лавке на окраине Виархолла, и мне до сих пор не по себе от мысли, что он мог уйти к кому-нибудь, кто пустил бы его на растопку.
Она помедлила и добавила уже с осторожной надеждой:
- Можно я помогу с копией? У меня хороший почерк, я умею работать со старыми рунными начертаниями. Там есть страницы, где Вельмар зарисовывал светящиеся узоры и знаки на камнях, а рисунок при переписывании легче всего испортить: одна лишняя чёрточка, и смысл поплыл. Я бы взяла на себя зарисовки, а заодно перечитала бы его внимательнее. При первом чтении мы искали даты и гнались за совпадениями, а половину бытовых мелочей наверняка пропустили. Сейчас, когда есть с чем сверять, я, может, увижу больше.
Она собрала свои листы в аккуратную стопку и подвинула их к ректору вместе с календарём-атласом, оставив карту хребта сверху.
- Схемы и таблицы тоже оставлю, если пригодятся. И… профессор, когда дойдёт до разговора с друидами. - Лианель чуть подобралась, и пальцы её сжались на краю стола. - Возьмите меня. Не прошу решать сегодня, я понимаю, что зима и что горы. Но у меня мать из рода хранителей природной магии, я слышу растения так, как их слышат в Элевадо, и я читаю на старом диалекте. Мне кажется, там это будет разговором на понятном им языке. И потом, я узнаю то, что уже есть в дневнике, а этого никакое письмо не передаст.
За окном снегопад стал гуще, и белая мгла съела очертания двора. Где-то в этой мгле летела сипуха с запиской.
- Не собираемся, - сказала она честно, глядя прямо. - Простите. Я понимаю, как это звучит: пятый курс лезет туда, где работали настоящие исследователи. Но я не могу отложить это до диплома и не могу делать вид, что ничего не заметила. Оно происходит сейчас.
Пока Метелона рассуждала вслух, Лианель слушала жадно, и перо само собой оказалось в руке: она принялась быстро записывать за ректором, ловя ту стройность, которой ей самой не хватало. Полтора года. Значит, отсчёт надо вести не от облаков над озером, а гораздо раньше.
- Про руны я об этом не подумала, - призналась она, дописывая строку. - Мне казалось, если о чём-то не написано, то данных просто нет. А ведь молчание источника - тоже данные. Если два века назад руны не отзывались, а сто лет назад загорелись, и если нынешний виток сильнее прошлого, то это не просто повторение цикла. Это нарастание.
Каждый раз сильнее предыдущего. Тогда что будет через сто лет после нас?
Она отогнала эту мысль, слишком большую для одного зимнего утра, и потянулась к дневнику. Отыскала нужное место ближе к концу, где почерк Вельмара делался мельче и торопливее.
- Раз уж речь зашла о друидах. Вельмар до них дошёл, и его не выпроводили за порог. Судя по записям, он пробыл там довольно долго и они с ним чем-то делились. Для меня это самое удивительное во всём дневнике: друиды ведь не разговаривают с кем попало. Значит, он им чем-то приглянулся, и, может быть, у них до сих пор лежит то, что он оставил взамен.
Скрип форточки и снег, ворвавшийся в кабинет вместе с сипухой, заставили Лианель обернуться. Лунтелена на спинке стула вытянулась в струнку, разглядывая нежданную гостью с настороженным интересом, и Лианель успокаивающе провела пальцем по её груди. Про мышку и недовольное щёлканье клювом она услышала и не сдержала улыбки: сама она с Лунтеленой торговалась примерно так же.
А вот брошенное между делом «потом надо будет ещё в горы к друидам слетать» отозвалось внутри толчком.
Ответ на просьбу про дневник она дала почти сразу, хотя рука невольно легла на тёмно-синий переплёт.
- Конечно, оставляйте. Копия в библиотеке Магисмо - это правильнее, чем если он и дальше будет лежать в студенческой сумке. Мы с Изой купили его случайно, в лавке на окраине Виархолла, и мне до сих пор не по себе от мысли, что он мог уйти к кому-нибудь, кто пустил бы его на растопку.
Она помедлила и добавила уже с осторожной надеждой:
- Можно я помогу с копией? У меня хороший почерк, я умею работать со старыми рунными начертаниями. Там есть страницы, где Вельмар зарисовывал светящиеся узоры и знаки на камнях, а рисунок при переписывании легче всего испортить: одна лишняя чёрточка, и смысл поплыл. Я бы взяла на себя зарисовки, а заодно перечитала бы его внимательнее. При первом чтении мы искали даты и гнались за совпадениями, а половину бытовых мелочей наверняка пропустили. Сейчас, когда есть с чем сверять, я, может, увижу больше.
Она собрала свои листы в аккуратную стопку и подвинула их к ректору вместе с календарём-атласом, оставив карту хребта сверху.
- Схемы и таблицы тоже оставлю, если пригодятся. И… профессор, когда дойдёт до разговора с друидами. - Лианель чуть подобралась, и пальцы её сжались на краю стола. - Возьмите меня. Не прошу решать сегодня, я понимаю, что зима и что горы. Но у меня мать из рода хранителей природной магии, я слышу растения так, как их слышат в Элевадо, и я читаю на старом диалекте. Мне кажется, там это будет разговором на понятном им языке. И потом, я узнаю то, что уже есть в дневнике, а этого никакое письмо не передаст.
За окном снегопад стал гуще, и белая мгла съела очертания двора. Где-то в этой мгле летела сипуха с запиской.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
- Не собираемся, - ответила Лианель с некоторой задержкой, будто обдумывала, что лучше сказать, но потом прямо глядя в глаза призналась, что они планируют продолжить свои исследования. Это вызывало уважение, именно открытостью, честным ответом, а не попыткой ответить правильно, заверить, что они никуда и никогда без её разрешения и продолжить изучение аномалий тишком. И действительно, Лианель старшекурсница, Ильмиза вообще уже выпускница, осталось только диплом написать, ещё немного и формально девушки не обязаны будут подчиняться магисмовскому руководству.
- Понимаю, я бы на вашем месте тоже не прекратила исследования, тем более вы неплохо в них продвинулись.
Лучшее, что могла сделать Метелона в этой ситуации - помочь юным исследователям, местами притормозить и направить, чтобы не лезли совсем уж туда куда не следует, но не запрещать их деятельность в принципе.
- Однозначно Вельмар чем-то приглянулся друидам, - согласилась Метелона, - возможно они имели с ним дело раньше. Откровенничать с посторонним человеком, пусть даже магом и исследователем они бы не стали и тем более приглашать его к себе. Надо бы покопаться в его биографии, может остались данные о его происхождении, профессиональной деятельности кроме наблюдения за магическими потоками в период сближения миров.
Снегопад за окном усилился, крупные белые хлопья беззвучно летели мимо окна, падая на землю и накрывая её пушистым одеялом. Красиво очень, но для путешествий такая погода не очень приятна. Мимолётно Метелона понадеялась, что Реми находится на территории замка и сове не придётся её долго искать, летя сквозь снегопад. Совейг долетит, конечно, она была молодой и сильной птицей, но всё же доставлять ей лишних трудностей не хотелось.
К друидам отправлю попозже, когда погода прояснится, как раз будет время спокойно письмо составить.
Книгу Лианель согласилась оставить без раздумий и даже сама предложила оставить схемы и таблицы, что порадовало Метелону. Конечно, пригодится всё и она планировала попросить у Лианель все наработки какие у них есть и какими девушки готовы делиться. Всё же личные записи на то и личные, что многие могут выглядеть как почёрканный черновик, который не то что для копирования, просто давать читать не каждому захочется.
Предложение помощи добавило признательности в адрес Лианель - она предлагала взять на себя не самую простую и довольно кропотливую работу, но Метелона чуть снисходительно покачала головой. Студентка смотрела на вещи со своей стороны и рассчитывала на те ресурсы, которые ей были доступны. У Метелоны как преподавателя и ректора университета возможностей было чуть больше.
- Надеюсь, нам не придётся переписывать всё это вручную. В исследовательском корпусе должны быть разработки, позволяющие копировать большие объёмы информации и текст в исходном виде, возможно Филин Совьеч сможет помочь своей магией. На Земле, конечно, было бы проще, но мне не очень хочется нести книгу через порталы подвергать её действию лишней магией и привлекать внимание министерцев.
Всем был прекрасен мир Магисмо, но некоторых цифровых технологий Метелоне, выросшей на Земле катастрофически не хватало. Вот и сейчас чего бы проще - прогнать книгу через сканер, оцифровать, сверстать и печатай сколько угодно копий или изучай с компьютера в электронном виде. Но ни сканеров ни компьютеров ни библиотек с услугами оцифровки документов здесь не было, приходилось изыскивать доступные способы в сфере современной магии, а не технологии.
- Лианель, ты права, в твои руки попал довольно ценный раритет, я не сомневаюсь, что ты сохранишь книгу, но постарайся не рассказывать о ней всем подряд, мало ли кто захочет ей завладеть. Ильмизу с Реми тоже предупреди, они девочки разумные, лишнего болтать не станут.
В том, что в первую очередь завладеть книгой захочет доблестное Министерство Магии и те же Стражи пространства Метелона почти не сомневалась. Если о дневнике станет широко Линель наверняка поступит настойчивое предложение продать книгу.
- Я хочу сделать максимально точную копию, которую можно будет выдать за хранящуюся в библиотеке Магисмо и уже её давать изучать и копировать заинтересованным лицам. В том числе друидам. Не знаю есть ли у них данные исследований Вельмара, но предоставление информации покажет наши дружеские намерение и желание обоюдного сотрудничества.
----
*Про друидов подробнее дальше напишу, а то и так уже много получилось.)
- Понимаю, я бы на вашем месте тоже не прекратила исследования, тем более вы неплохо в них продвинулись.
Лучшее, что могла сделать Метелона в этой ситуации - помочь юным исследователям, местами притормозить и направить, чтобы не лезли совсем уж туда куда не следует, но не запрещать их деятельность в принципе.
- Однозначно Вельмар чем-то приглянулся друидам, - согласилась Метелона, - возможно они имели с ним дело раньше. Откровенничать с посторонним человеком, пусть даже магом и исследователем они бы не стали и тем более приглашать его к себе. Надо бы покопаться в его биографии, может остались данные о его происхождении, профессиональной деятельности кроме наблюдения за магическими потоками в период сближения миров.
Снегопад за окном усилился, крупные белые хлопья беззвучно летели мимо окна, падая на землю и накрывая её пушистым одеялом. Красиво очень, но для путешествий такая погода не очень приятна. Мимолётно Метелона понадеялась, что Реми находится на территории замка и сове не придётся её долго искать, летя сквозь снегопад. Совейг долетит, конечно, она была молодой и сильной птицей, но всё же доставлять ей лишних трудностей не хотелось.
К друидам отправлю попозже, когда погода прояснится, как раз будет время спокойно письмо составить.
Книгу Лианель согласилась оставить без раздумий и даже сама предложила оставить схемы и таблицы, что порадовало Метелону. Конечно, пригодится всё и она планировала попросить у Лианель все наработки какие у них есть и какими девушки готовы делиться. Всё же личные записи на то и личные, что многие могут выглядеть как почёрканный черновик, который не то что для копирования, просто давать читать не каждому захочется.
Предложение помощи добавило признательности в адрес Лианель - она предлагала взять на себя не самую простую и довольно кропотливую работу, но Метелона чуть снисходительно покачала головой. Студентка смотрела на вещи со своей стороны и рассчитывала на те ресурсы, которые ей были доступны. У Метелоны как преподавателя и ректора университета возможностей было чуть больше.
- Надеюсь, нам не придётся переписывать всё это вручную. В исследовательском корпусе должны быть разработки, позволяющие копировать большие объёмы информации и текст в исходном виде, возможно Филин Совьеч сможет помочь своей магией. На Земле, конечно, было бы проще, но мне не очень хочется нести книгу через порталы подвергать её действию лишней магией и привлекать внимание министерцев.
Всем был прекрасен мир Магисмо, но некоторых цифровых технологий Метелоне, выросшей на Земле катастрофически не хватало. Вот и сейчас чего бы проще - прогнать книгу через сканер, оцифровать, сверстать и печатай сколько угодно копий или изучай с компьютера в электронном виде. Но ни сканеров ни компьютеров ни библиотек с услугами оцифровки документов здесь не было, приходилось изыскивать доступные способы в сфере современной магии, а не технологии.
- Лианель, ты права, в твои руки попал довольно ценный раритет, я не сомневаюсь, что ты сохранишь книгу, но постарайся не рассказывать о ней всем подряд, мало ли кто захочет ей завладеть. Ильмизу с Реми тоже предупреди, они девочки разумные, лишнего болтать не станут.
В том, что в первую очередь завладеть книгой захочет доблестное Министерство Магии и те же Стражи пространства Метелона почти не сомневалась. Если о дневнике станет широко Линель наверняка поступит настойчивое предложение продать книгу.
- Я хочу сделать максимально точную копию, которую можно будет выдать за хранящуюся в библиотеке Магисмо и уже её давать изучать и копировать заинтересованным лицам. В том числе друидам. Не знаю есть ли у них данные исследований Вельмара, но предоставление информации покажет наши дружеские намерение и желание обоюдного сотрудничества.
----
*Про друидов подробнее дальше напишу, а то и так уже много получилось.)
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Про исследовательский корпус и магическое копирование Лианель слушала с почти детским удивлением, а потом тихо рассмеялась над собой.
- Вот об этом я и не подумала, - призналась она, чуть порозовев. - Привыкла рассчитывать на то, что под рукой: перо, чернила да собственная усидчивость. А у вас возможностей побольше моих.
Права профессор. Смотрю на всё со своей колокольни.
Совсем отступаться от помощи ей всё же не хотелось.
- Но если позволите, я бы взглянула на готовую копию рядом с оригиналом. Магия магией, а знаки на камнях, которые Вельмар зарисовывал, штука тонкая: где рунное начертание, а где просто трещина, по одному оттиску не всегда разберёшь. Я много работала со старыми начертаниями, могла бы сверить, не потерялось ли чего при переносе. Спокойнее будет и вам, и друидам, если копия окажется точной до чёрточки.
Предупреждение о том, чтобы не болтать о дневнике, она восприняла серьёзно, и улыбка сошла с лица.
- Поняла. Иза и без напоминаний молчунья, а Реми предупрежу, как только увижу. - Пальцы её на миг легли на тёмно-синий переплёт, будто прощаясь. - Обидно думать, что вещь, которую мы нашли почти случайно, для кого-то стоит того, чтобы её отнять. Но я понимаю, о ком вы. Пусть лучше считают, что ценный оригинал спокойно лежит в библиотеке.
Мысль про копию, которую можно будет открыто давать и даже поднести друидам, пришлась ей по душе, и это было заметно.
- А вот это красиво придумано, - сказала она искренне. - У нас в Элевадо не приходят с пустыми руками, когда хотят о чём-то просить. Принести друидам точную копию наблюдений Вельмара - это уже не "поделитесь с нами", а "мы сами делимся с вами". Совсем другой разговор. Такое они ценят.
Снег за окном валил всё гуще, и Лианель проследила за медленным падением хлопьев, без слов понимая: в такую погоду в горы никто не пойдёт.
- С друидами и правда торопиться некуда, пусть распогодится, - согласилась она. - А пока распогаживается, может, стоит заняться самим Вельмаром? Вы верно сказали: чтобы понять, почему друиды его приняли, надо понять, кто он был.
Она снова раскрыла дневник на форзаце, где выцветшими чернилами стояли те самые инициалы.
- Личного тут почти нет, он писал как наблюдатель, а не как человек: даты, места, что видел, что чувствовал. Но кое-что проступает. Записи он вёл в восточных предгорьях Вирея, а это, между прочим, те самые края, откуда родом я и где живёт материнская родня. Чужак из дальних земель вряд ли забрёл бы туда просто так и уж точно не знал бы, к каким камням идти. Сдаётся мне, он либо сам оттуда, либо бывал там задолго до этих записей.
Она бережно прикрыла тетрадь и положила ладонь поверх переплёта.
- Если хотите, пройдусь по дневнику ещё раз, теперь выискивая не аномалии, а его самого: имена, названия, обороты речи, всё, что выдаёт человека и его ремесло. А заодно спрошу у матери, не звучало ли в наших краях имя Вельмар. У эльфов память долгая, столетие для них не так уж много.
Лунтелена на спинке стула тихо переступила лапами, а где-то за снежной пеленой уже растворилась сипуха с запиской к Реми.
- Вот об этом я и не подумала, - призналась она, чуть порозовев. - Привыкла рассчитывать на то, что под рукой: перо, чернила да собственная усидчивость. А у вас возможностей побольше моих.
Права профессор. Смотрю на всё со своей колокольни.
Совсем отступаться от помощи ей всё же не хотелось.
- Но если позволите, я бы взглянула на готовую копию рядом с оригиналом. Магия магией, а знаки на камнях, которые Вельмар зарисовывал, штука тонкая: где рунное начертание, а где просто трещина, по одному оттиску не всегда разберёшь. Я много работала со старыми начертаниями, могла бы сверить, не потерялось ли чего при переносе. Спокойнее будет и вам, и друидам, если копия окажется точной до чёрточки.
Предупреждение о том, чтобы не болтать о дневнике, она восприняла серьёзно, и улыбка сошла с лица.
- Поняла. Иза и без напоминаний молчунья, а Реми предупрежу, как только увижу. - Пальцы её на миг легли на тёмно-синий переплёт, будто прощаясь. - Обидно думать, что вещь, которую мы нашли почти случайно, для кого-то стоит того, чтобы её отнять. Но я понимаю, о ком вы. Пусть лучше считают, что ценный оригинал спокойно лежит в библиотеке.
Мысль про копию, которую можно будет открыто давать и даже поднести друидам, пришлась ей по душе, и это было заметно.
- А вот это красиво придумано, - сказала она искренне. - У нас в Элевадо не приходят с пустыми руками, когда хотят о чём-то просить. Принести друидам точную копию наблюдений Вельмара - это уже не "поделитесь с нами", а "мы сами делимся с вами". Совсем другой разговор. Такое они ценят.
Снег за окном валил всё гуще, и Лианель проследила за медленным падением хлопьев, без слов понимая: в такую погоду в горы никто не пойдёт.
- С друидами и правда торопиться некуда, пусть распогодится, - согласилась она. - А пока распогаживается, может, стоит заняться самим Вельмаром? Вы верно сказали: чтобы понять, почему друиды его приняли, надо понять, кто он был.
Она снова раскрыла дневник на форзаце, где выцветшими чернилами стояли те самые инициалы.
- Личного тут почти нет, он писал как наблюдатель, а не как человек: даты, места, что видел, что чувствовал. Но кое-что проступает. Записи он вёл в восточных предгорьях Вирея, а это, между прочим, те самые края, откуда родом я и где живёт материнская родня. Чужак из дальних земель вряд ли забрёл бы туда просто так и уж точно не знал бы, к каким камням идти. Сдаётся мне, он либо сам оттуда, либо бывал там задолго до этих записей.
Она бережно прикрыла тетрадь и положила ладонь поверх переплёта.
- Если хотите, пройдусь по дневнику ещё раз, теперь выискивая не аномалии, а его самого: имена, названия, обороты речи, всё, что выдаёт человека и его ремесло. А заодно спрошу у матери, не звучало ли в наших краях имя Вельмар. У эльфов память долгая, столетие для них не так уж много.
Лунтелена на спинке стула тихо переступила лапами, а где-то за снежной пеленой уже растворилась сипуха с запиской к Реми.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Лианель мило порозовела, признаваясь, что не подумала о магическом копировании дневника. При этом снова предложила свою помощь, теперь уже в сверке копии с оригиналом. Это уже было весьма кстати, какое качество получится у копии Метелона пока не знала, а учитывая, что книга не новая, с потёртыми страницами и местами выцветшими чернилами проверить, что всё будет скопировано как надо будет необходимо.
- Да, проверить копию будет нужно. Я передам её тебе вместе с оригиналом для сравнения и исправления в случае неточностей.
Идею поделиться копией дневника Вельмара с друидами Лианель активно поддержала, упомянув, что в Элевадо тоже приняты подарки, когда нужно о чём-то попросить. Метелона уже слышала подобное от Тесии, которая имела в родстве эльфов да и занимаемая должность предполагала знания основ дипломатии и общения с разными расами и народами. Тем не менее получить дополнительное подтверждение правильности выбранной стратегии было приятно.
Друиды вообще народ не сказать чтобы сильно скрытный, но не стремящийся к общению с кем-либо за пределами своих общин. С представителями ордена Равновесия магисмовцам уже приходилось общаться, несколько лет назад Дианора и Дарвэн побывали в подгорном храме. После этого маги Магисмо и друиды несколько раз обменивались письмами и пару раз посылали небольшие дары в виде целебных трав и семян растений. Вряд ли это можно было назвать дружбой организаций в привычном понимании, но взаимоотношения у них были позитивные, поэтому сейчас Метелона надеялась на положительный ответ друидов в плане обмена информацией и помощи в исследовании аномалий. Орден Равновесия существует давно, у друидов наверняка остались записи не только прошлого века, но и более ранних периодов. Возможно, они сочтут возможным поделиться собственными наблюдениями и выводами.
- Ты говорила, что вы с Ильмизой наблюдали облака над озером, я, кажется, поняла о каком событии ты говоришь, но может у тебя остались какие-то записи, чтобы можно было сопоставить даты. Те облака были плоские или спиралевидные?
Метелона припомнила, что в недрах одного из шкафов должна быть папка с "донесениями" студентов - сообщениями об аномалиях и необычных явлениях в окрестностях замка. Было там что-то про светящиеся облака с музыкой, разливающееся свечение над башнями замка, следы около рыбацкой деревеньки на берегу Азулы, ещё пара случаев...
- Надо будет найти и тоже дать Лианель, пусть изучает, может нароет что-нибудь новое.
Пока же следовало сосредоточиться на дневнике Вельмара и записях самой Лианель.
- Хорошо, тогда твои записи и дневник Вельмара я пока оставлю у себя. Думаю, несколько листков я скопирую быстро и свои бумаги ты сможешь забрать уже вечером, сколько времени займёт копирование дневника пока сложно сказать. Потом при сверке копии как раз ещё раз внимательно его перечитаешь. Пока можно поискать информацию о самом Вельмаре и другие его работы в магисмовской библиотеке. Если он был учёным, то наверняка писал научные статьи, может быть и книги. Спросить родственников - отличная идея. У эльфов долгая жизнь, может кто-то знал Вельмара и сможет о нём рассказать или удастся поговорить с очевидцами тех событий.
Не факт, что старшие эльфы захотят говорить с юной полуэльфийкой на такие темы, но вдруг повезёт. Пока же приходилось довольствоваться имеющейся информацией, которой уже было немало.
- Да, проверить копию будет нужно. Я передам её тебе вместе с оригиналом для сравнения и исправления в случае неточностей.
Идею поделиться копией дневника Вельмара с друидами Лианель активно поддержала, упомянув, что в Элевадо тоже приняты подарки, когда нужно о чём-то попросить. Метелона уже слышала подобное от Тесии, которая имела в родстве эльфов да и занимаемая должность предполагала знания основ дипломатии и общения с разными расами и народами. Тем не менее получить дополнительное подтверждение правильности выбранной стратегии было приятно.
Друиды вообще народ не сказать чтобы сильно скрытный, но не стремящийся к общению с кем-либо за пределами своих общин. С представителями ордена Равновесия магисмовцам уже приходилось общаться, несколько лет назад Дианора и Дарвэн побывали в подгорном храме. После этого маги Магисмо и друиды несколько раз обменивались письмами и пару раз посылали небольшие дары в виде целебных трав и семян растений. Вряд ли это можно было назвать дружбой организаций в привычном понимании, но взаимоотношения у них были позитивные, поэтому сейчас Метелона надеялась на положительный ответ друидов в плане обмена информацией и помощи в исследовании аномалий. Орден Равновесия существует давно, у друидов наверняка остались записи не только прошлого века, но и более ранних периодов. Возможно, они сочтут возможным поделиться собственными наблюдениями и выводами.
- Ты говорила, что вы с Ильмизой наблюдали облака над озером, я, кажется, поняла о каком событии ты говоришь, но может у тебя остались какие-то записи, чтобы можно было сопоставить даты. Те облака были плоские или спиралевидные?
Метелона припомнила, что в недрах одного из шкафов должна быть папка с "донесениями" студентов - сообщениями об аномалиях и необычных явлениях в окрестностях замка. Было там что-то про светящиеся облака с музыкой, разливающееся свечение над башнями замка, следы около рыбацкой деревеньки на берегу Азулы, ещё пара случаев...
- Надо будет найти и тоже дать Лианель, пусть изучает, может нароет что-нибудь новое.
Пока же следовало сосредоточиться на дневнике Вельмара и записях самой Лианель.
- Хорошо, тогда твои записи и дневник Вельмара я пока оставлю у себя. Думаю, несколько листков я скопирую быстро и свои бумаги ты сможешь забрать уже вечером, сколько времени займёт копирование дневника пока сложно сказать. Потом при сверке копии как раз ещё раз внимательно его перечитаешь. Пока можно поискать информацию о самом Вельмаре и другие его работы в магисмовской библиотеке. Если он был учёным, то наверняка писал научные статьи, может быть и книги. Спросить родственников - отличная идея. У эльфов долгая жизнь, может кто-то знал Вельмара и сможет о нём рассказать или удастся поговорить с очевидцами тех событий.
Не факт, что старшие эльфы захотят говорить с юной полуэльфийкой на такие темы, но вдруг повезёт. Пока же приходилось довольствоваться имеющейся информацией, которой уже было немало.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Вопрос про облака Лианель поняла сразу и ответила без колебаний.
- Плоские, - сказала она уверенно. - Не спиралевидные, точно. Плоские, светящиеся, будто кто-то развесил в небе огромные тусклые диски. На месте они не стояли: собирались дальше, за озером, и медленно стекались к горам, копились над самыми вершинами. Свечение было зеленоватым, а потом переливалось розовым и серебристым. Красиво до жути.
Она чуть подалась вперёд, и в голосе прибавилось живости.
- И самое главное - звук. Тогда над озером мы слышали что-то вроде хрустального перезвона вместе с низким гулом, будто ветер в ущельях. А теперь вспомните дневник: Вельмар описывает почти то же самое, слово в слово. Хрустальные колокольчики и горный ветер. Я, когда прочитала у него это место, вздрогнула. Это ведь не просто похожие слова, это одно и то же явление, только через сто лет.
Она потянулась было к блокноту, что лежал на столе среди прочих её бумаг.
- Записи есть. Облака я зарисовала прямо тогда, по горячим следам, и подписала. Даты у меня привязаны к зарисовкам, так что сопоставить будет несложно, вот, здесь, в блокноте. Иза наверняка тоже что-то пометила у себя, спрошу её, когда вернётся из отъезда.
Про то, что записи и дневник пока останутся у ректора, Лианель кивнула спокойно.
- Конечно, оставляйте на сколько нужно. Вечером загляну за своими листами, а дневник пусть будет у вас, сколько потребует копия.
Мысль заняться поисками самого Вельмара ей пришлась по душе, и было видно, что руки у неё уже чешутся приступить.
- С библиотеки и начну, тем более в такую погоду дальше порога всё равно носа не высунешь. Если Вельмар был учёным, где-то должны остаться его статьи или книги. Хотя бы упоминания, ссылки в чужих работах. Теперь, когда я знаю полное имя, Тангус Вельмар, искать будет куда проще. По одним инициалам я бы весь каталог перерыла впустую.
С библиотекой я управлюсь. Это как раз то, что я умею.
- А матери напишу сегодня же. Только скажу сразу и честно: быстрого ответа не ждите. - Лианель улыбнулась, но без досады. - Старшие эльфы неспешны, а к чужим темам вроде аномалий относятся осторожно. Меня родня, может, и выслушает, всё-таки своя, да и род матери - хранители природной магии. И если имя Вельмара в наших краях когда-то звучало, кто-нибудь его вспомнит. У эльфов память долгая, столетие для них не такой уж большой срок. Записи он вёл как раз в восточных предгорьях Вирея, а это моя родина, так что расспросить есть кого.
Она помолчала, обводя взглядом кабинет, и добавила, скорее размышляя вслух, чем спрашивая:
- Знаете, а ведь вряд ли мы с Изой были единственными, кто хоть что-то заметил. Такое над озером трудно не увидеть. Наверняка кому-то ещё попадались странности в окрестностях замка. Если подобные наблюдения где-то собирают, я бы с радостью их пересмотрела: вдруг чьи-то даты лягут в наш ряд.
За окном по-прежнему валил снег, укрывая двор ровным белым покровом, и в кабинете было тихо и тепло. Лунтелена на спинке стула нахохлилась и прикрыла золотистые глаза, разморённая теплом, но Лианель чувствовала: сова, как и она сама, вся в предвкушении.
- Плоские, - сказала она уверенно. - Не спиралевидные, точно. Плоские, светящиеся, будто кто-то развесил в небе огромные тусклые диски. На месте они не стояли: собирались дальше, за озером, и медленно стекались к горам, копились над самыми вершинами. Свечение было зеленоватым, а потом переливалось розовым и серебристым. Красиво до жути.
Она чуть подалась вперёд, и в голосе прибавилось живости.
- И самое главное - звук. Тогда над озером мы слышали что-то вроде хрустального перезвона вместе с низким гулом, будто ветер в ущельях. А теперь вспомните дневник: Вельмар описывает почти то же самое, слово в слово. Хрустальные колокольчики и горный ветер. Я, когда прочитала у него это место, вздрогнула. Это ведь не просто похожие слова, это одно и то же явление, только через сто лет.
Она потянулась было к блокноту, что лежал на столе среди прочих её бумаг.
- Записи есть. Облака я зарисовала прямо тогда, по горячим следам, и подписала. Даты у меня привязаны к зарисовкам, так что сопоставить будет несложно, вот, здесь, в блокноте. Иза наверняка тоже что-то пометила у себя, спрошу её, когда вернётся из отъезда.
Про то, что записи и дневник пока останутся у ректора, Лианель кивнула спокойно.
- Конечно, оставляйте на сколько нужно. Вечером загляну за своими листами, а дневник пусть будет у вас, сколько потребует копия.
Мысль заняться поисками самого Вельмара ей пришлась по душе, и было видно, что руки у неё уже чешутся приступить.
- С библиотеки и начну, тем более в такую погоду дальше порога всё равно носа не высунешь. Если Вельмар был учёным, где-то должны остаться его статьи или книги. Хотя бы упоминания, ссылки в чужих работах. Теперь, когда я знаю полное имя, Тангус Вельмар, искать будет куда проще. По одним инициалам я бы весь каталог перерыла впустую.
С библиотекой я управлюсь. Это как раз то, что я умею.
- А матери напишу сегодня же. Только скажу сразу и честно: быстрого ответа не ждите. - Лианель улыбнулась, но без досады. - Старшие эльфы неспешны, а к чужим темам вроде аномалий относятся осторожно. Меня родня, может, и выслушает, всё-таки своя, да и род матери - хранители природной магии. И если имя Вельмара в наших краях когда-то звучало, кто-нибудь его вспомнит. У эльфов память долгая, столетие для них не такой уж большой срок. Записи он вёл как раз в восточных предгорьях Вирея, а это моя родина, так что расспросить есть кого.
Она помолчала, обводя взглядом кабинет, и добавила, скорее размышляя вслух, чем спрашивая:
- Знаете, а ведь вряд ли мы с Изой были единственными, кто хоть что-то заметил. Такое над озером трудно не увидеть. Наверняка кому-то ещё попадались странности в окрестностях замка. Если подобные наблюдения где-то собирают, я бы с радостью их пересмотрела: вдруг чьи-то даты лягут в наш ряд.
За окном по-прежнему валил снег, укрывая двор ровным белым покровом, и в кабинете было тихо и тепло. Лунтелена на спинке стула нахохлилась и прикрыла золотистые глаза, разморённая теплом, но Лианель чувствовала: сова, как и она сама, вся в предвкушении.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
- Плоские, светящиеся и со звуком, поняла, - кивнула Метелона, - мне ещё рассказывали о спиралевидных, закручивающихся в воронку или как-то так, но про звуки тогда ничего не говорили.
Вообще весь прошлый год Метелона уделяла аномалиям не так много внимания. Официальную информацию от министерства до студентов и коллег, конечно, доводила, сообщения выслушивала и даже фиксировала, но специально не систематизировала и не анализировала. Особого внимания удостоились разве что случаи сбоев в применении магических способностей да и то единственный действительно заслуживающий внимания эпизод был в конце прошлой осени, когда Лило Ульбрехт, взрослая и достаточно опытная волшебница, не смогла создать заклинание светлячка. Остальные же случаи были связаны с отработкой заклинаний студентами, которым и в обычное время не всё сразу удавалось, а тут появилась такая отмазка - это не я плохо тренировался, а аномалии мешают колдовать.
Сейчас же, когда она в течение буквально нескольких дней получила информацию от Стражей пространства, магорского Министерства магии и Лианель, феномен происходящих аномалий заинтересовал Метелону всерьёз.
- Хорошо, тогда договорились, всё, что у тебя с собой оставляй, вечером после занятий зайдёшь за своими записями. Завтра вплотную займусь копированием дневника и посмотрю что из сообщений студентов и преподавателей у меня сохранилось. Потом дам тебе почитать когда буду возвращать книгу. Ты как раз успеешь написать домой, я понимаю, что ответят не сразу, подождём. Судя по тому, что я получила и твоим исследованиям, аномалии завтра не закончатся.
На дальнейшие рассуждения студентки Метелона только кивнула. Она не сомневалась, что яркие явления не прошли мимо глаз студентов.
- Скоро начнётся семестр, студенты вернутся в замок, может поспрашивать аккуратно кто что видел за последний год и когда, хотя бы примерно. Возможно, то, что наблюдали вы с Ильмизой было не единичным случаем.
Метелона ещё раз взглянула на страницу в дневнике Вельмара, которую упоминала, Лианель, действительно описание было похожим - светящиеся облака, перезвон колокольчиков, это не могло быть совпадением. Все листы с записями и зарисовками девушки ректор аккуратно убрала в отдельную папку, чтобы ничего не потерять и не перепутать в суматохе рабочих будней и тут же сдала пометку: найти все записи с сообщениями об аномалиях в окрестностях замка.
Вообще весь прошлый год Метелона уделяла аномалиям не так много внимания. Официальную информацию от министерства до студентов и коллег, конечно, доводила, сообщения выслушивала и даже фиксировала, но специально не систематизировала и не анализировала. Особого внимания удостоились разве что случаи сбоев в применении магических способностей да и то единственный действительно заслуживающий внимания эпизод был в конце прошлой осени, когда Лило Ульбрехт, взрослая и достаточно опытная волшебница, не смогла создать заклинание светлячка. Остальные же случаи были связаны с отработкой заклинаний студентами, которым и в обычное время не всё сразу удавалось, а тут появилась такая отмазка - это не я плохо тренировался, а аномалии мешают колдовать.
Сейчас же, когда она в течение буквально нескольких дней получила информацию от Стражей пространства, магорского Министерства магии и Лианель, феномен происходящих аномалий заинтересовал Метелону всерьёз.
- Хорошо, тогда договорились, всё, что у тебя с собой оставляй, вечером после занятий зайдёшь за своими записями. Завтра вплотную займусь копированием дневника и посмотрю что из сообщений студентов и преподавателей у меня сохранилось. Потом дам тебе почитать когда буду возвращать книгу. Ты как раз успеешь написать домой, я понимаю, что ответят не сразу, подождём. Судя по тому, что я получила и твоим исследованиям, аномалии завтра не закончатся.
На дальнейшие рассуждения студентки Метелона только кивнула. Она не сомневалась, что яркие явления не прошли мимо глаз студентов.
- Скоро начнётся семестр, студенты вернутся в замок, может поспрашивать аккуратно кто что видел за последний год и когда, хотя бы примерно. Возможно, то, что наблюдали вы с Ильмизой было не единичным случаем.
Метелона ещё раз взглянула на страницу в дневнике Вельмара, которую упоминала, Лианель, действительно описание было похожим - светящиеся облака, перезвон колокольчиков, это не могло быть совпадением. Все листы с записями и зарисовками девушки ректор аккуратно убрала в отдельную папку, чтобы ничего не потерять и не перепутать в суматохе рабочих будней и тут же сдала пометку: найти все записи с сообщениями об аномалиях в окрестностях замка.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
Лианель поднялась, стараясь не задеть аккуратную папку, в которую ректор убрала её листы и зарисовки.
- Спасибо, профессор. За то, что выслушали и не отмахнулись, и за чай. - Она чуть улыбнулась. - Признаться, я шла сюда и не знала, поверят ли мне вообще. Вечером зайду за своими записями. А до того засяду в библиотеке, поищу, что осталось от самого Вельмара, теперь, когда есть полное имя, это уже не иголка в стоге сена.
Она подхватила заметно опустевшую сумку, и Лунтелена бесшумно перепорхнула с резной спинки стула ей на плечо. У самой двери Лианель обернулась.
- И насчёт дневника не тревожьтесь. Ни лишним людям, ни лишним ушам о нём ни слова.
Коротко склонив голову на прощание, она вышла.
—> Ушла в свою комнату
Коридоры встретили её той же гулкой пустотой, что и утром, только свет за окнами сделался ярче: снегопад чуть поредел, и зимнее солнце пробовало пробиться сквозь белёсую пелену, рассыпая по каменным плитам бледные пятна. Идти было странно легко. Сумка, ещё утром оттягивавшая плечо драгоценной тяжестью дневника и бумаг, теперь почти ничего не весила, и от этой пустоты делалось непривычно, будто она оставила у ректора не тетрадь, а часть собственных мыслей.
Ничего. Вечером заберу. А дневнику у неё надёжнее, чем в моей сумке.
Лунтелена на плече тихонько ухнула, чутко ловя настроение хозяйки, и Лианель погладила её по груди кончиком пальца.
Комната встретила её знакомым покоем. После стылых галерей тут было тепло, пахло сухими травами, связки которых она сама развесила у окна, и чуть заметно - воском от свечей. На письменном столе, там, где ему и полагалось быть, лежал томик в зелёной коже с тиснёными лозами. "Шёпот листьев". Лианель провела по переплёту ладонью, как здоровалась с ним каждый раз, и от одного прикосновения к семейной книге на душе стало ровнее.
Дел на день было довольно, но первым она решила написать домой. Пока в памяти свежо, пока имя Вельмара звенит в голове.
Лианель придвинула стул, достала лист хорошей бумаги, чернильницу и перо. Разгладила лист ладонью, помедлила, подбирая слова, и начала писать привычным ровным почерком, тем самым, каким выводила когда-то первые эльфийские руны под материнским присмотром.
Она отложила перо и перечитала написанное, беззвучно шевеля губами. Про дневник - ни слова, как и обещала ректору; про облака над озером тоже смолчала. Одно дело - родная мать, и совсем другое - доверять чернилам и дальней дороге то, за чем, как предупреждала Метелона, могут потянуться жадные руки. Пусть будет просто дочерний вопрос об именах и старых преданиях. Мать поймёт больше, чем сказано, - она всегда умела читать между строк.
Хорошо. Так безопаснее.
Лианель сложила письмо, капнула на сгиб растопленным воском и прижала печатку - маленький лист, вырезанный ещё отцом. Затем взглянула в окно, где снова густела снежная кисея, и покачала головой. В такую метель гнать Лунтелену через полстраны к Элевадо было бы жестоко.
- Подождём погоды, - сказала она вслух, и сова, будто соглашаясь, перебралась на свою жёрдочку и распушилась. - Прояснится - полетишь. А пока отдыхай.
Письмо легло на край стола, к "Шёпоту листьев", дожидаться ясного неба. Лианель же поднялась, накинула шерстяную накидку и в последний раз оглядела комнату. Впереди была библиотека и долгие часы над каталогом в поисках человека по имени Тангус Вельмар, а ей, против всякого здравого смысла, не терпелось начать. Разрозненные ниточки понемногу сходились в одну, и держать их в руках было тревожно и радостно разом.
- Спасибо, профессор. За то, что выслушали и не отмахнулись, и за чай. - Она чуть улыбнулась. - Признаться, я шла сюда и не знала, поверят ли мне вообще. Вечером зайду за своими записями. А до того засяду в библиотеке, поищу, что осталось от самого Вельмара, теперь, когда есть полное имя, это уже не иголка в стоге сена.
Она подхватила заметно опустевшую сумку, и Лунтелена бесшумно перепорхнула с резной спинки стула ей на плечо. У самой двери Лианель обернулась.
- И насчёт дневника не тревожьтесь. Ни лишним людям, ни лишним ушам о нём ни слова.
Коротко склонив голову на прощание, она вышла.
—> Ушла в свою комнату
Коридоры встретили её той же гулкой пустотой, что и утром, только свет за окнами сделался ярче: снегопад чуть поредел, и зимнее солнце пробовало пробиться сквозь белёсую пелену, рассыпая по каменным плитам бледные пятна. Идти было странно легко. Сумка, ещё утром оттягивавшая плечо драгоценной тяжестью дневника и бумаг, теперь почти ничего не весила, и от этой пустоты делалось непривычно, будто она оставила у ректора не тетрадь, а часть собственных мыслей.
Ничего. Вечером заберу. А дневнику у неё надёжнее, чем в моей сумке.
Лунтелена на плече тихонько ухнула, чутко ловя настроение хозяйки, и Лианель погладила её по груди кончиком пальца.
Комната встретила её знакомым покоем. После стылых галерей тут было тепло, пахло сухими травами, связки которых она сама развесила у окна, и чуть заметно - воском от свечей. На письменном столе, там, где ему и полагалось быть, лежал томик в зелёной коже с тиснёными лозами. "Шёпот листьев". Лианель провела по переплёту ладонью, как здоровалась с ним каждый раз, и от одного прикосновения к семейной книге на душе стало ровнее.
Дел на день было довольно, но первым она решила написать домой. Пока в памяти свежо, пока имя Вельмара звенит в голове.
Лианель придвинула стул, достала лист хорошей бумаги, чернильницу и перо. Разгладила лист ладонью, помедлила, подбирая слова, и начала писать привычным ровным почерком, тем самым, каким выводила когда-то первые эльфийские руны под материнским присмотром.
Она отложила перо и перечитала написанное, беззвучно шевеля губами. Про дневник - ни слова, как и обещала ректору; про облака над озером тоже смолчала. Одно дело - родная мать, и совсем другое - доверять чернилам и дальней дороге то, за чем, как предупреждала Метелона, могут потянуться жадные руки. Пусть будет просто дочерний вопрос об именах и старых преданиях. Мать поймёт больше, чем сказано, - она всегда умела читать между строк.
Хорошо. Так безопаснее.
Лианель сложила письмо, капнула на сгиб растопленным воском и прижала печатку - маленький лист, вырезанный ещё отцом. Затем взглянула в окно, где снова густела снежная кисея, и покачала головой. В такую метель гнать Лунтелену через полстраны к Элевадо было бы жестоко.
- Подождём погоды, - сказала она вслух, и сова, будто соглашаясь, перебралась на свою жёрдочку и распушилась. - Прояснится - полетишь. А пока отдыхай.
Письмо легло на край стола, к "Шёпоту листьев", дожидаться ясного неба. Лианель же поднялась, накинула шерстяную накидку и в последний раз оглядела комнату. Впереди была библиотека и долгие часы над каталогом в поисках человека по имени Тангус Вельмар, а ей, против всякого здравого смысла, не терпелось начать. Разрозненные ниточки понемногу сходились в одну, и держать их в руках было тревожно и радостно разом.
Re: Прежде чем сомкнутся миры
- Пожалуйста, - ответила Метелона, как она могла не выслушать студентку, тем более пришедшую с важной информацией. Раве что если бы была сильно занята, но тогда попросила бы зайти попозже, когда будет время для разговора. - Хорошего тебе дня.
И мне тоже.
Лианель вышла из кабинета, а Метелона некоторое время листала её записи и дневник Вельмара, сравнивая даты и события с теми, что были в переданных ей материалах Эйшвелла. Кое каких данных не хватало, чтобы сделать точные и полные выводы, но большинство информации сходилось и не было сомнений, что Тангус Вельмар, на которого ссылался Эйшвелл тот самый автор дневника, что сейчас лежал перед Метелоной.
Примерно через полчаса после ухода Лианель в окно постучалась сова, нырнула в приоткрытую форточку, пощёлкивая клювом и ухая не очень довольно, то и дело поглядывая на окно.
- Слетала? Молодец! Да, вижу, что погода портится, сегодня больше никуда не полетишь. Пошли в столовую, перекусим и навестим артефакторов в исследовательском корпусе, надо дать им интересную задачку.
Сове идея перекусить и провести день в замке явно пришлась по вкусу. Метелона тоже сегодня никуда не собиралась и могла потратить часть дня на изучение полученной литературы, поиска всех донесений студентов за последние полтора года, касающихся аномалий и создание копии дневника Вельмара.
И мне тоже.
Лианель вышла из кабинета, а Метелона некоторое время листала её записи и дневник Вельмара, сравнивая даты и события с теми, что были в переданных ей материалах Эйшвелла. Кое каких данных не хватало, чтобы сделать точные и полные выводы, но большинство информации сходилось и не было сомнений, что Тангус Вельмар, на которого ссылался Эйшвелл тот самый автор дневника, что сейчас лежал перед Метелоной.
Примерно через полчаса после ухода Лианель в окно постучалась сова, нырнула в приоткрытую форточку, пощёлкивая клювом и ухая не очень довольно, то и дело поглядывая на окно.
- Слетала? Молодец! Да, вижу, что погода портится, сегодня больше никуда не полетишь. Пошли в столовую, перекусим и навестим артефакторов в исследовательском корпусе, надо дать им интересную задачку.
Сове идея перекусить и провести день в замке явно пришлась по вкусу. Метелона тоже сегодня никуда не собиралась и могла потратить часть дня на изучение полученной литературы, поиска всех донесений студентов за последние полтора года, касающихся аномалий и создание копии дневника Вельмара.
-- Конец эпизода --
Кто сейчас на форуме
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 9 гостей