Магисмо

Кир был ошарашен искусством рифмоплётства своего друга, а взглянул на него широкими глазами от удивления.
- Фига, ты рэпер. Ухмыльнулся парень с улыбочкой. Уж чего-чего, а вот такой выходки от эльфа он даже не ожидал ожидать. Кира потихоньку окружали вокруг стая паучков, а вот даже страха это не добавляло и никакой инстинкт самосохранения не срабатывал на парне - сказывалась его быстрая регенерация. За тем парень услышал крик Лира и вопрос о их дальнейших действиях. ЛайСи отпрыгнул в сторону от очередной атаки высоким прыжком, а приземлился уже мечом вниз прямо по направлению одной из крупных тварей. А чем ты их гнать предлагаешь? Чего они боятся-то? Крикнул Кир, вытаскивая свой меч и выпуская наружу вылезающие внутренности своей жертвы. И вот тут бы парня хоть немного затошнило от сего зрелища, но он даже носом не повёл. В сравнении с запахом собственного гниющего мяса, а уж тем более запах мертвецов, у которых высосали душу, запах свежатины был поистине благодатью. Однако парень, засматриваясь на жертву не успел вовремя среагировать - один из довольно крупных пауков пронзил ему грудь своим жалом, оставляя на теле парня глубокую и широкую рану. Тело парня слабело, и он упал от неожиданности на колени, упираясь одной рукой в снег, а второй рукой пытаясь ухватиться за больную рану. Видимо это был яд, который не давал организму функционировать так, как он должен, но парень с другом мог даже пошевелиться.
- Не подходи! Крикнул он Лиру заранее, понимая, что эльф может броситься ему на помощь. Регенерация действовала медленно и явно не спасла бы парня от ещё нескольких жал, которые бы просто не давали своими ударами и ядом нормально восстановиться и перегруппироваться. Кир скинул перчатки, и тут на обозрение предстали его костлявые руки, покрытые гнилью и пламенем. Он поднял голову, оглядывая окружающих его пауков и обводя их злым взглядом. Его открытое лицо внезапно посинело, а затем начало покрываться гнилью, начиная с глаз и уходя равномерно дальше рябью. Парень ухватился костлявой горящей рукой за меч и начал медленно подниматься на ноги. Интересно было также и поведение пауков: каждый из них вроде бы начинал бросаться на Кира, но затем отступал, словно шугаясь какого-то барьера. Темная аура окутывала Кира, а его рука с мечом отодвинула меч чуть в сторону. Сам же меч загорелся пламенем, которое разрасталось в необычную форму. Заметны были лишь очертания косы, которая предстала взору сразу, как только пламя резко погасло.
- А вот внимательность моя всё ещё страдает. Произнес парень, но говорил будто уже и не он. Вместе с ним сейчас говорили все те жертвы, души которых страдали внутри Кира. Сотня грешных душ отзывалась целым загробным хором из уст мальчишки, что ещё сильнее отторгало пауков и заставляло их расступаться в стороны. Но ждать Кир не собирался.
Новообразованная коса, а точнее её лезвие, покрылось необычным пламенем. Если у основания этот огонь был серовато-белым, то дальше пламя становилось угольно-черным. Кир рванул в сторону Лира, размахами разгоняя движения косы по окружности. Он разрубал пауков на пути, двигаясь из стороны в сторону, пока обе руки пламенного скелета старательно обводили окружности, рассекая пауков и покрывая их этим самым пламенем.
Буквально через минуту Кир оказался возле своего друга, однако лицом был обращен к основной части стаи пауков, которая по прежнему пыталась броситься на парней, но тут же отступала в сторону, словно пугаясь чего-то опасного - может быть это была темная аура, исходившая от Кира, а может быть это пламя, которое до тла выжигало их сородичей.
- Удивлён, братишка? Я тоже... Продолжал говорить парень всё тем же зловещим голосом. Само собой, Лир ведь ни разу не видел вот такого Кира, но и сам Кир был удивлен тем, как преобразился меч в руках темной ауры. А ещё больше его поражали те знания, с которыми он рассекал всех этих пауков, которых становилось даже немного жалко. Я и сам не пойму, как я так умею этой штукой махать, даже не спрашивай. Сейчас это был один из тех самых вопросов, которые выходили стоимостью "на миллион долларов", а вот ответа на них у парня точно не было.

Странное это было ощущение - когда ты скачешь по паукам да ещё и петь пытаешься. Ну, песней, наверное, это всё-таки можно было назвать с натяжкой, потому что в процессе Лирдарин сбивался с дыхания, а когда попытался повторить песенку, вышла и вовсе какая-то белиберда. Но пауки бесились и вели себя соответственно, давая возможность уворачиваться от их суматошных атак и наносить удары. Кстати, а разве не ходили слухи, что эти монстры из Запретного леса были более-менее разумными и оттого из чащобы не выходили?..
Возможно, они потому и реагировали на песни, что понимали хотя бы относительно их смысл. Но при этом и сознательными их точно нельзя было назвать - всё равно ведь упорно лезли на рожон и почему-то устремлялись к замку. Пробегая между врагов, Лирдарин старался хотя бы немного присмотреться к ним, и не зря.
В пауках, конечно, младший Нэтари разбирался плохо, но всё же подметил, что те порой двигаются как-то слишком хаотично, дёргано, подпрыгивают порой или наоборот, плюхаются на брюхо. И лапы у них часто подкашиваются. Вот насчёт странноватых наростов на головах и боках, напоминающих чуть ли не небольшие грибы, он уже был менее уверен. Ну не видел раньше таких существ вблизи. А если это и не часть их тел, то вполне могли быть и правда грибы, с которыми пауки живут себе спокойно в симбиозе. В общем... Со странностями или без, но гигантские членистоногие не внушали тёплых чувств. Совсем.
Он, конечно, тоже паукам явно не понравился, раз хотели покусать или съесть.
А вот Кир его пение неожиданно оценил. Ещё и назвал... Весьма необычно.
- Кто я? - крикнул Лир в растерянности, крутанув меч, чтобы покромсать ещё одного не в меру активного врага. - Какой ещё рэпер? Это у вас так самых ужасных певцов называют или наоборот?
- А чем ты их гнать предлагаешь? Чего они боятся-то?
Хороший вопрос... Лирдарин огляделся - кажется, пауки, встретив боевой пыл двух магисмовцев, малость поубавили собственный энтузиазм и уже не так стремились к замку - видимо, чуяли там магию и ещё более серьёзных противников. Некоторые искали путь по снегу в обход озера - возможно, нацелились на ворота школы. Вот это настораживало - решили вообще вырваться за территорию Хогвартса? И что тогда? Будут совсем беззащитных людей без способностей атаковать? Хотя... А что мешало им выйти тогда с другой стороны леса? И кстати - где вообще кончается Запретный лес и есть ли хоть какая-то защита с другой его стороны? Пока что с рассказов местных эта чащоба представляла собой этакую бесконечную аномалию, которая имела только один выход - к самому Хогвартсу.
- Думаю, нас они достаточно испугались... Давай просто загоним их обратно в лес. А ещё, знаешь, они как-то странно выглядят, может, там в лесу стоит проверить... Кир!
Он бы рванул к студенту, наплевав на предупреждение того - потому что, чёрт возьми, шило прямо в грудь - это же почти на сто процентов смертельно! Но не успел - ему помешали (или спасли от неверного шага?) ещё пара пауков побольше. Разозлившись, Лир швырнул в одного кинжал, во второго же направил выхваченный веер:
- Klastereļ ħarta! - от адреналина и злости огненная стрела вышла особенно мощной, подпалив паука и мгновенно свалив его на землю.
Да чтоб тебя, ЛайСи! Сестра точно убьёт после такого, сам же предложил остаться!
Пока он пару секунд мешкал, теперь сомневаясь и не понимая, что делать, с Киром начало и вовсе происходить что-то не то. Цвет кожи изменился, руки вообще потеряли, похоже, кожу, да и не только руки. Первая мысль была - чёртов паучий яд, сейчас же под руку этого дурака и в замок, в больничное крыло! Вот только больно резво студент снова поднимался на ноги...
Это что, проявление Дахасы?
Теперь уже сам Лирдарин не решался к нему подойти, только следил - внимательно, напрягшись всем телом и стараясь не упускать из виду и снующих рядом пауков - пару не в меру активных пришлось всё-таки усмирить ударом меча. А вот Кира монстры больше не трогали - даже если сначала порывались, потом понимали, что тут их ничего не ждёт. Только вот эта пылающая коса. Выглядело... Жутко и одновременно завораживающая. Будто сама Смерть пробилась в этот мир через материальную оболочку человека, удостоившегося подобной чести. Или несчастья.
Несколько тонов, на которые внезапно разделился голос Кира, положили конец метаниям - и Лир, поддавшись ауре, что сейчас буквально волнами колыхалась в воздухе, касаясь кожи и грозясь обжечь, отбежал на несколько шагов. Эти голоса точно звучали с какой-то той стороны, подтверждая, что ЛайСи не посчастливилось (или наоборот?) стать проводником чего-то совсем ненормального, противоестественного в мире.
Снова отправив веер за пояс, младший Нэтари вытянул из тела огромного паука кинжал - и тут на него скакнул ещё одно членистоногое, только теперь маленькое, с котёнка. Лапы длинные, тело полупрозрачное - зато жвала лязгнули так, будто действительно были выполнены из металла.
От неожиданно Лир шарахнулся назад, спотыкаясь о какую-то неприметную кочку в снегу. Паук снова скакнул - полупрозрачный, будто из желе состоит, лёгкий, едва не летает. Только быстрый рефлекс, опередивший сознание, позволил разрубить тварь ещё на подлёте, пока она не приземлилась на грудь.
Зато левую руку, которой он снова попытался опереться о землю, пронзила тупая, тяжёлая боль - от тыльной стороны запястья и чуть ли не до локтя. Болезненно захрипев, Лирдарин потянул руку вверх, "снимая" её с тонкого ствола одного из деревьев, выращенного сестрой. В порыве боя деревце обломалось, и на острый конец он и напоролся. От глубокой, будто горящей раны даже дышать было сложно, и Лир уже было готовился к тому, что всё, на сегодня доигрался - то тут внезапно боль стала утихать.
Она будто стекла по руке, пропадая и оставляя только лёгкое онемение. Продолжая тяжело дышать, Лирдарин прижал к ране другую ладонь, шепча "Peļviu!" для заращивания раны, но ещё до того, как слова сорвались с губ, юноша заметил слабое свечение, которое растекалась по рваной коже, начиная её, кажется, залечивать. Или это просто от шока он увидел не то, что есть, или заклинание начало работать от одного намерения?
Пытаясь поправить изодранный рукав, Лирдарин поднялся на ноги как раз к тому моменту, когда Кир закончил косой и оказался рядом. Стоило ли по-прежнему держаться от него на расстоянии? Но ЛайСи, кажется, вполне себя осознавал, обращался, как обычно, разве что голоса... Но у Лира пока были силы только на то, чтобы стоять, приходя в себя, да и пауки на них не нападали, совсем испугавшись, поэтому выбор бы очевиден.
Ещё пару раз моргнув и окончательно прояснив зрение, Лир сипло задал вопрос, который мучил с самого начала этого шоу с косой:
- Кир, это... Дахаса? - прокашлявшись и потерев лицо, он уже более внятно продолжил. - Тут ещё вокруг мелкие бегают... Прыгают так, будто летают. Пауки мелкие, - зачем-то пояснил юноша. Да и вообще такой перескок на другую тему звучал, наверное, странно, но позволил немного переключиться и привести мысли в порядок. Они всё-таки ещё, можно сказать, на поле боя.
- Как твоя рана? - продолжил юноша, уже внимательнее приглядываясь к Киру. Дахаса Дахасой, а тело-то у того вполне физическое. - Может, в замок тебя? Болит?
Он ощущал сейчас даже укол вины - всё-таки в какой-то мере ответственен за Кира. Если вообще можно быть ответственным за того, кто полыхает пламенем и говорит голосами из преисподней...

Стоит ли объяснять, что такое дикая боль по всему телу... Словно каждая клеточка твоего тела пропитывается самим понятием боли, словно ты успеваешь одновременно и гореть, и получать удары дубиной, ножом, стрелой, а тебя при этом ещё и сжигают на костре какие-нибудь инквизиторы. Тело чувствует самую дикую боль, и при этом совершенно неспособно вырваться из этой боли.
- Рана? Непонимающе спросил Кир, а потом вспомнил, что ему всего минуту назад грудь пробили насквозь. Он положил руку на грудь, а вернее на дырку в одежде, под которой едва различалось синее свечение. А, ты об этом. Не волнуйся, я в порядке. Продолжал он твердить всё тем же множеством едких, но в то же время хладных голосов. Чего может стоить какая-то пробитая насквозь грудь по сравнению с тем, что происходит с парнем примерно половину его жизни... разве что легкой усмешки. Кир накинул капюшон для максимально клешированной картины, тем самым ещё больше углубляясь в образ самой смерти. Парень в полоборота повернул свою голову к Лиру, открывая тому дивную картину. Даже глаз не было там, где им быть положено, не говоря уже о коже, полости рта и прочем. Сейчас на Лира смотрел лишь череп, покрытый ярким синим пламенем, а местами можно было увидеть и остатки гнилого мяса и кожи, которые не успели окончательно догнить и обратиться в прах.
- Дахаса это или нет... Так я выгляжу, когда для моего организма всё складывается совсем плохо. Парень говорил сухим и серьёзным тоном. Как бы круто или эффектно это не смотрелось, эта сущность ему полжизни загубила и мешала по-человечески контактировать с обществом. Зато именно так Кир и узнал, что такое цена доброты и дружбы, и что подобное действительно в людях стоит ценить. Ибо в современном мире грехи стали особенно ярко проявляться в самых разных кругах общества. И чувствовать вокруг себя столько зла без возможности просто закрыть на это глаза, да ещё и со страхом этой самой боли... всё это на протяжении уже шести лет наложило свой отпечаток на психике парня, благо что не пострадала уж совсем сильно.
Всё это вываливать на своего друга, а уж тем более в такой ситуации совершенно не хотелось. Кир даже немного усмехнулся. Забавно было так же и то, что и голос издавался просто из черепа, а не из челюсти, которая сейчас была закрыта.
- Как тебе... сей дивный лик? сказал парень с явной долей сарказма, ибо понимал, что подобную красоту ни одна косметика, ни один пластический хирург и даже патологоанатом не закроют. Пока парни беседовали, паучки так и не пытались угомониться. Всех размеров пауки пытались приблизиться к друзьям, но тут же начинали отступать, в очередной раз шорохаясь от темной ауры перевоплощенного Кира. Знаешь, нам стоит придумать средство для безопасного мгновенного перемещения, чтобы в случае чего вот с такими господами не пересекаться более... Кир вонзил лезвие косы в землю, после чего черное пламя начало распространяться по снегу, но опять же не совсем обычно. Пламя распространялось медленно и исключительно по периметру, охватывая всё больше паучью стаю и оттесняя её от парней. Своим грудаком я каждый раз жертвовать не собираюсь. Добавил под конец ЛайСи, отводя взгляд, если так можно сказать, от Лира и осматривая то, как пламя начинает распространяться.

- Рана? А, ты об этом. Не волнуйся, я в порядке.
При этих словах у Лирдарина брови взметнулись вверх, а весь его вид, наверное, выражал сплошной скептицизм в смеси с удивлением и вопросом "ты мне сейчас в чём пытаешься убедить, молодой человек или кто ты там?". С таким же выражением лица младший Нэтари оглядел Кира, его грудь, где под тканью ещё и переливалось какое-то странное свечение, прислушался к его голосам - и только после этого он наконец смог сформулировать свою мысль:
- Прости, конечно, мой друг, рождённый, видимо, где-то в самом вывернутом слое тёмного астрала, но твоё "не в порядке" тогда - это когда вокруг тебя творится апокалипсис, а ты сам уже напоминаешь кровавую кляксу?
Хотелось выразиться ещё крепче - а что ещё делать, когда на твоих глазах кого-то насквозь протыкают? - но Лирдарин сдержался. Точнее думал, что сдержался, потому что Кир повернулся к нему лицом - и младший Нэтари всё-таки сорвался на достаточно резкие слова. Правда, на эльфийском, зато с изрядной долей шипящих и "р", что в итоге даже без перевода звучало достаточно эмоционально. А под конец, справившись всё-таки с собственным языком, юноша выдал:
- Что значит - совсем плохо? Ещё немного - и мне твои кости тащить в рукаве до замка?
А что, он был даже готов к такому! Если уж с Кира вся кожа слезла, к каким ещё трансформациям стоило готовиться. Младший Нэтари сейчас и о своей-то руке окончательно забыл - по сравнению с увиденным это так, царапина. Проведя ладонью по лбу и стерев испарину, Лирдарин выдохнул:
- Если тебе придётся в таком виде в замок возвращаться, то я наброшу на тебя какую-нибудь иллюзию. А то, знаешь ли... Отправят тебя куда-нибудь в темницу, - о том, были ли в Хогвартсе теминце, Лир не знал, но точно был уверен - к всяким темномагическим проявлением, какую бы природу и цель они не имели, тут относятся строго. Это, к слову, также поднимало вопрос о возможности доставить Кира в больничное крыло.

В происходящем был по крайней мере один плюс - пауки всё больше теряли энтузиазм и к ним не пытались пробраться. Кир периметр зачищал очень хорошо - скоро почти все твари оказались либо уже подпалёнными, либо уже лежащими без движения.А раз стало более-менее безопасно, Лирдарин не мог не продолжить немного ворчать:
- Твой дивный лик настолько дивный, что, похоже, к нам даже из Хогвартса не стремятся на помощь. Действительно, зачем, когда два бравых парня из Магисмо всё делают сами, - юноша вскинул руки и швырнул в одного дёргающегося ещё паука огненную стрелу - частично ещё ради того, чтобы проверить, как идёт магическая энергия по раненой руке. - Твоим грудаком мы рисковать больше не будем. Тебе просто внимательности не хватает порой. И скорости... Думаю, плохой идеей было разделиться, - он развернулся к Киру, уперев одну руку в бок. - Думаю, лучше поближе друг к другу держаться. А то точно пары трупов не избежать.
Сейчас в нём говорила тугая смесь из волнения и остатков страха. Потому что правда испугался, потому что чувствовал ответственность - и о последствиях своей промашки сейчас думать очень не хотелось. Можно сказать, что сегодня Лирдарин буквально в первый раз оказался в реальных полевых условиях в бою с кем-то, с кем-то, кто ему, по-видимому, в какой-то мере доверял - и подвести не хотелось. Ни себя, ни Кира, ни Тесию, которая их тут оставила. А доверие было роскошью, которой он вообще неизвестно когда пользовался. Если пользовался вообще, с учётом попадания в мир снов на полжизни.
Рука больше не давала о себе знать никаким образом, зато на подкорке свербело кое-что другое. Посмотрев ещё раз на замок, младший Нэтари понял - возмущение по поводу того, что их тут оставили одних, продиктовано не только чувством несправедливости. Ещё до того, как мысль оформилась, он ощущал, что и со стороны замка идёт что-то странное. Теперь же стало понятно. До этого Хогвартс будто выглядел более... Живым. Нет-нет да мелькнёт в окошке отсвет огня или случайного заклинания. Иногда можно было уловить лёгкий шум. В открытых галереях мелькали ученики, которым приходилось идти по ветру без защиты в другую часть школы, или которые сами выбрали столь необычный маршрут для прогулки.
Теперь же Хогвартс стоял серой громадой, будто не было в нём никогда жизни. Просто поставили камни друг на друга да оставили так стоять. Не школа, не замок для жилья, а так. Просто постройка, не имеющая цели.
Выглядело это настолько отталкивающе, что Лирдарин невольно поддался желанию не возвращаться в замок. Не сейчас. Сейчас с громадой Хогвартса было явно что-то не то. Он оглянулся на Кира, пытаясь понять, ощущает ли тот то же самое, и тут вдруг землю под ногами стряс мощный удар.
А затем ещё один - и Лир смог уловить, что источник этих сотрясений исходит из леса. Когда же юноша повернулся в ту сторону, ему даже не пришлось гадать, что же там происходит.
Сам лес будто выглядел темнее обычного, почти чёрный - ни проблеска зелени. Зато вот огромная фигура, двигающаяся над деревьями, отливала вполне ясным, токсично-зелёным цветом, перемешенным местами с серостью. Это не был великан, о которых Лир уже успел наслушаться здешних историй - существо двигалось на четырёх... Шести? Восьми? На нескольких парах длинных ног, а возвышалось над деревьями так, что становилось понятно - ему любые ели и сосны максимум будут где-то по рёбра. Если рёбра у него есть, конечно.
Ещё два шага огромного монстра, ещё два раза вздрогнула земля - и внезапно существо будто ухнуло в пропасть. Оно просто пропало, при этом не закачались деревья, не взмыли птицы, как было бы при падении. Земля не сотряслась в третий раз. Просто пропало - и всё. А Лирдарин всё продолжал ловить его образ, пытаясь понять, почему тот вдруг показался чем-то весьма знакомым.
Обернувшись к Киру, Лирдарин хрипло выдохнул:
- Я пойду в лес. Я думаю... - он замолк, попытавшись облечь мысли в слова. А потом неожиданно хмыкнул. - Что-то мне подсказывает, что обычно в лесу у них такое не бродит, - юноша показал вытащенным веером на лес. Хоть аксессуар и потрепало уже изрядно, почему-то его ощущение в руке, чувство воздушной магии, вплетённой невидимыми тонкими нитями в шёлк, успокаивало сейчас. - Хочу сходить и посмотреть. Думаю, тебе не нужно идти со мной. Хотя, кажется, Хогвартс сейчас не готов тоже кого-то принимать обратно, - уголок губ нервно дёрнулся. - Я использую иллюзию, чтобы ходить там полностью незаметно. Если ты пойдёшь со мной, иллюзия будет послабее. Поэтому, думаю, тебе лучше... Подождать тут.
О том, что ему самому туда нужно - и именно сейчас - Лирдарин даже не задумывался. Только беспокойство за Кира его всё ещё останавливало. Особенно после собственных-то слов о том, что нужно не разделяться. И Хогвартс не просто так замолчал. Лирдарин на расстоянии, эльфийским чутьём улавливал, что не теплится сейчас там жизнь. А значит, ЛайСи туда отправлять как раз небезопасно. Чувство ответственности победило, и Лир повернулся к студенту:
- Давай я отведу тебя в замок, а то не нравится мне всё это, а потом ещё раз всё же в лес загляну.

Под натиском наступающего черного пламени пауки таки отступали в лес до тех пор, пока Кир не вытащил лезвие из сугроба. А сугроб при этом даже толком и не поплавился, словно огонь сам выбирал, что ему сжигать, а что трогать не стоит. Голые кости парня продолжали пылать огнем, не задевая лишь отдельные гнилые куски мяса, которые всё ещё усердно держались.
- Давай проще. Это защитная реакция моего организма. Продолжил объяснение Кир, продолжая наблюдать за пауками, дабы те не появились снова. Вокруг парней сейчас было настоящее паучье кладбище из догорающих в пламени членистоногих, словно конструктор разброшенных по равнине разными частями своих тел. Я просто не хочу, чтобы меня таким видели те, кому подобный вид может не приглянуться. Превратиться назад - не проблема на данный момент, однако...
Парень тоже почувствовал приближение чего-то неизвестного, а уж грохот так тем более добавлял интереса, что же такое вылезло из своей норы, которая должна быть немыслимых размеров. Столкнуться с таким противником Кир не ожидал, но и пугаться не стал, поскольку знал, но что способно его тело под действием тёмной энергии. А посему, как только сие чудовище исчезло из поля зрения, Кир перевел свой взгляд на друга, от которого уж точно не ожидал услышать нечто подобное тому, что услышал.
- Лир... как ты считаешь? Я действительно там буду в опасности? Вопрос был скорее риторическим, однако нотки всех тех голосов постепенно угасали, а пламя вокруг сверкало всё меньше. Его тело вновь покрывалось слой за слоем обычными органическими тканями. Коса в руке словно испарялась, испуская потоки пепла из каждого пропадающего сантиметра, возвращая мечу его прежний облик. Далее он молчал, пока всё его тело окончательно не пришло в норму. От прежнего сквозного ранения в груди осталась лишь дырка в одежде, словно парень зацепился где-то в лесу за две коряги одновременно. Я больше переживаю за тебя, а различные громадины этого замка - это сугубо проблемы замка. Но! Парень поднял один указательный палец вверх перед глазами Лира. Если ты хочешь помочь Хогвартсу разобраться с их проблемами - это очень благородно. Однако если твоё сердце способно на столь жестокий поступок, что ты готов собственного друга не взять с собой, то... Затем Кир с беспечным видом указал ладонью в сторону предполжительного места исчезновения таинственной громадины. ...ступай, я не против, но знай!... я буду визжать, как очень эмоциональная дама, если ты вот так просто оставишь меня в какой-то там... безопасности. Второкурсник скрестил руки на груди и требовательно взглянул на Лира. Решай, пока я вытираю первые подступающие слезинки со своего несчастного лица. Лицо парня само собой сейчас изображало лишь возмущение, да и плакать он не собирался... пока что.

Избирательность пламени Лирдарин не мог не заметить и запомнить эту удачную особенность Кира. Очень удобно - расправился с нужными врагами и вокруг ничего не повредил. И следов не оставил, которые потом вызовут шквал вопросов по типу "что это за безобразие устроили тут студенты Магисмо". Хотя, если только растопят снег, так это радоваться остальные должны!
- Значит, превратиться не проблема, - кивнул младший Нэтари, и это тоже беря на заметку. А потом протянул осторожно-осторожно руку к плечу ЛайСи и слегка его похлопал. - Ладно, не будем ввергать местный народ в шок. Они-то тебя не знают и могут сразу за "твой прекрасный" лик уцепиться и записать в монстры.
Осторожность, с которой он трогал плечо, была продиктована вовсе не опасением, что Дахаса воспримет это за угрозу или нарушение личных границ. Угрозы Лир для себя не чувствовал, видел, что Кир находится в сознании вполне себе (хотя и по-своему странном сознании, учитывая разноголосицу), да и понимал - если бы его хотели тут положить, то вряд ли бы всё уже не было сделано.
Нет, на деле Лир просто опасался, что прикосновения могут быть неприятны. Мясо без кожи - это ведь все нервы наружу. Да и вообще тело, с которого всё так пооблезало... Напрашивался момент, как оно ощущается. Вряд ли приятно, хорошо, если просто никак. Как данность
- Лир... как ты считаешь? Я действительно там буду в опасности? - очень выразительно поинтересовался ЛайСи, и Лир понял одну вещь. Вовсе ему и не казалось, что отправлять студента в замок - плохая идея. Теперь же через слова Кира Вселенная словно вполне прозрачно намекнула ему - совсем сдурел, что ли?
К моменту начала своей очень проникновенной речи Кир уже "оброс" полностью кожей и вообще принял почти нормальный вид. Лирдарин даже специально наклонился, разглядывая рану. Дыра в ткани есть, на краях - потёки крови, но само ранение будто и правда пропало. Но Лир решил на всякий случай уточнить:
- Это что у тебя , полная регенерация? Ты не чувствуешь ничего? Боли, слабости?
- Решай, пока я вытираю первые подступающие слезинки со своего несчастного лица.
- Артист, - фыркнул младший Нэтари, отворачиваясь от Кира и устремляя взгляд на лес. - Да куда я уж без тебя? Пошли, только слёз не надо, - он патетично прижал руку ко лбу, добавив ещё и толику отчаяния в голос.
Меч он пока что спрятал в ножны, держа лишь кинжал, чтобы руки были посвободнее. Леса оба магисмовца достигли быстро - он встретил запахом прелой листвы, редкими клочками снега, которого было ещё меньше, чем на равнине. И выпирающими везде корнями деревьев - они были похожи на вены, пронизывающие землю. Лиру даже пришлось пару раз перепрыгнуть через такие преграды.
А ещё он порой касался рукой деревьев, влажных, поросших тёмным мхом, но те неожиданно молчали. Совершенно глухой, будто полумёртвый лес. В какой-то мере это можно было списать на зиму, но ведь и вокруг тихо слишком было.
В какой-то мере это оказалось на руку.
Запрыгнув на очередной корень, юноша не стал сразу спускаться с него, огляделся вокруг - и слух всё-таки уловил какое-то шуршание сверху. Поскрипывание и даже будто странный писк. Такой набор звуков отбивал начисто желание смотреть вверх.
В тишине набор звуков оказался достаточно отчётливым, чтобы смотреть и не пришлось. Лир взметнул руку вверх, посылая туда кинжал - и с ним в брюхе с дерева сверзился паук.
- В общем... Не расслабляемся, - подытожил Лир, возвращая себе кинжал - не без труда, потому что тот то и дело цеплялся за щетинки на пауке.